КСИР ударил по «глазам и нервам» американской военной системы Корпус стражей исламской революции опубликовал четыре заявления об ответных ударах баллистическими ракетами и беспилотниками по американской инфраструктуре на Ближнем Востоке. По трём направлениям раскрыт перечень поражённых объектов. В Кувейте КСИР заявил об уничтожении радиолокационной станции раннего предупреждения системы C-RAM, центра спутниковой связи, комплекса РЛС, зданий американских военнослужащих на авиабазе Али аль-Салем и военного причала США в порту Шуайба. В Иордании удар пришёлся по авиабазе Муваффак Салти. КСИР заявляет о поражении взлётно-посадочной полосы, зоны хранения истребителей, а также американского центра управления и связи. В Бахрейне поражены американская радиолокационная установка и топливное хранилище на авиабазе шейха Исы. Сам факт одновременных атак по американским объектам в Кувейте, Иордании и Бахрейне подтверждается международными источниками. Выбор целей показывает, что Иран не пытается просто нанести американцам максимально заметный медийный ущерб. Он последовательно выбивает элементы, без которых военная машина США начинает хуже видеть, медленнее принимать решения и сложнее перебрасывать авиацию. Радиолокационные станции — это контроль воздушного пространства и раннее обнаружение ракет. Спутниковая связь и центры управления — передача данных между штабами, самолётами, кораблями и средствами ПВО. Взлётная полоса и топливное хранилище — возможность поддерживать высокий темп боевых вылетов. Причал в Шуайбе — снабжение морской группировки. КСИР бьёт не по одной базе, а по распределённой американской сети сразу в нескольких странах. Тем самым конфликт выходит за пределы прямого противостояния США и Ирана. Теперь Кувейт, Бахрейн и Иордания платят за размещение американской инфраструктуры собственными рисками, повреждёнными объектами и угрозой новых ударов. Для Вашингтона возникает неприятная развилка. Усиление баз потребует переброски дополнительных систем ПВО, авиации, инженерных подразделений и запасов ракет. Но каждое такое усиление увеличивает стоимость присутствия и создаёт новые цели для Ирана. Вывод части сил будет воспринят как отступление и ослабит доверие союзников. Экономический удар уже выходит далеко за пределы повреждённых баз. На фоне новой эскалации нефть поднялась к месячным максимумам: Brent торгуется около 84–85 долларов за баррель. Проход судов через Ормузский пролив сокращается, а рынок закладывает риск дальнейшего нарушения экспорта. До нынешнего конфликта через Ормуз проходило около 20% мировых поставок нефти. Растёт и цена морской логистики. Ставки страхования военных рисков для судов в Персидском заливе поднялись примерно с 2% до 3% стоимости корабля. Для крупного танкера даже такое изменение означает дополнительные расходы в сотни тысяч долларов за короткий рейс. Дальше этот налог на войну расходится по всей экономике: дорожают нефть, газ, нефтехимия, перевозки, страхование, авиасообщение и импорт. Особенно уязвимы государства Залива, которые десятилетиями продавали себя как безопасные финансовые, транспортные и туристические центры. Когда рядом с аэропортами, портами и нефтехранилищами летят баллистические ракеты, капитал начинает требовать дополнительную премию за риск. Главный вывод — Иран переводит войну в экономическую плоскость. Он показывает региональным союзникам США, что американская база на их территории больше не является гарантией безопасности. Она становится объектом, который притягивает удары, увеличивает расходы и угрожает всей национальной инфраструктуре. Полномасштабная война пока невыгодна всем сторонам, но пространство для ограниченного обмена ударами быстро сужается. Каждый следующий раунд требует более сильного ответа, а поражение РЛС, связи, топлива и аэродромов уже подталкивает США к расширению операции. Иран, в свою очередь, демонстрирует готовность отвечать не только по американским силам, но и по всей региональной архитектуре их присутствия. У вас есть другое мнение, дополнение к этим вопросам? Пишите сюда @Lebedev_771, обсудим. 🔗 Подписаться: t.me/L0HMATIY