Лохматый Z Николаев, Сергей Лебедев

По поводу идеи нормализации двенадцатичасовой шестидневки Во-первых, далеко не все предприятия нуждаются в непрерывной работе. Многие из них и так простаивают: люди приходят, чтобы пересидеть смену, поиграть в карты или подхалтурить на производственном оборудовании, если навык позволяет. Во-вторых, значительная часть современного труда попросту неэффективна. Увеличение рабочих часов в таких сферах не даёт прироста пользы — оно лишь растягивает имитацию деятельности. Отдельно стоит упомянуть целые сегменты, занятые генерацией отчётов и обслуживанием бюрократии, где уже сегодня значительную часть задач способен выполнять ИИ. В-третьих, попытки ограничивать интернет и цифровую среду лишь обостряют проблему формирующегося «невостребованного класса» — людей, чьи навыки перестают быть нужны быстрее, чем система успевает адаптироваться. В этих условиях стремиться к увеличению рабочего времени — значит закреплять неэффективность. Люди и так проводят на работе по 10–12 часов, из которых продуктивными оказываются считаные часы, а остальное время уходит на поддержание видимости занятости. Труд постепенно превращается в конкурс имитации активности. Логичным направлением должно стать не ужесточение графиков, а их пересмотр: сокращение бессмысленной занятости и более гибкое распределение труда. Нормой могла бы стать модель, при которой человек совмещает несколько занятостей по 20–25 часов в неделю, особенно в сегменте низкоквалифицированного труда. Это позволило бы снизить зависимость от одного источника дохода и повысить реальную устойчивость людей в меняющейся экономике. Лесковский