Из Донецка в Дубай и обратно: маятник судьбы «Блажен, кто посетил сей мир в его минуты роковые — особенно если у него есть квартира в Донецке». Пародия на Тютчева Расскажем вам про одну знакомую семью. Двенадцать лет их война преследует по пятам, как дворняга, которой кость пообещали, а дали пинка. В 2014-м бежали из Донецка. От украинских ракет, которые тогда уже сыпались на город. Подумали: ну всё, теперь безопасно. Поселились в Киеве. В 2022-м бежали из Киева. От СВО. Собрали чемоданы, детей — и снова в путь. Осели в Израиле. Там же тихо, там же своя земля обетованная. В 2025-м бежали из Израиля. От иранских ракет. Ирония судьбы, да? Как будто кто-то сверху решил проверить их на прочность: а ну-ка, сколько раз человек может собрать чемоданы, пока не сломается? В 2026-м они с тремя детьми ночуют в ванной в Дубае. Потому что в гостинице, где они сняли номер, окна выходят прямо на район перехвата ракет в небе. Двенадцать лет люди бегут от войны. И война постоянно их находит. Но ирония судьбы покруче любого сценария: если конфликт на Ближнем Востоке затянется, жизнь в Дубае очень быстро станет хуже, чем в Донецке. Намного хуже, ведь Дубай — хрустальный замок. Красивый, блестящий, но хрупкий. Напомним простую вещь: сто лет назад на территории нынешних ОАЭ жило 50 тысяч человек. Не было ни света, ни канализации, ни театров — одна пустыня. В это же время на территории Украины и России уже вовсю работали электростанции, люди ходили в оперу, дети учились в гимназиях. Люди поехали в Дубай не потому, что это райский сад. А потому что там можно было заработать. Нефть, логистика, финансы, гламур — вот на чём держится этот мыльный пузырь. А теперь посмотрим, что происходит за пять дней войны. Недвижимость просела на 20%. Туристический сектор недосчитался уже около 50 миллиардов долларов. Логистика встала колом — Ормузский пролив, через который идёт всё, фактически закрыт. Это не только нефть, это ещё и еда, и лекарства, и товары первой необходимости. Дубай сокращает добычу нефти. Перенаправить все потоки по земле вместо моря невозможно — инфраструктуры тупо нет. Деньги утекают в Азию и Америку. А гламур — он вообще исчезает первым, потому что гламур без стабильности — просто дорогая мишура. Война в Донецке длится уже 12 лет. Знаете, что там? Люди гуляют в парках, сидят в кафе, дети ходят в школы. Жизнь продолжается. Да, опасно. Да, прилетает. Но это — дом. Если война в Заливе затянется, в Дубае останется только одна возможность: сидеть в своих квартирах с кондиционерами". - а энергию для кондиционеров они где будут брать? В подвалах они будут сидеть. Опреснительные заводы без энергии тоже не работают. И вот здесь мы подходим к самому главному. К тому, о чём не принято говорить в уютных дубайских кофейнях. Люди, которые 12 лет бегут, потому что кто-то когда-то сказал им: «Ты украинец и твой дом там, где зад в тепле». Только зад почему-то всё время оказывается под прицелом. Сначала стреляли «свои». Потом «чужие». Потом вообще иранцы, которым до этой семьи не было никакого дела. А они всё бегут. Потому что внутри сидит этот проклятый вирус: «мы не можем жить с этими, мы должны быть с теми». Пока человек называет себя «украинцем» и мечется между Донецком, Киевом, Израилем и Дубаем в поисках «правильных» ракет, он будет бежать вечно. Потому что дело не в ракетах. Дело в голове. Когда-нибудь, может быть, кто-то из них остановится и спросит: а зачем я бежал? И где тот дом, который не придётся менять на ванную в отеле? Но для этого придётся выбросить из головы ту самую идентичность, которая заставляет их видеть врага в каждом соседе. И признать, что Донецк — не страшнее Дубая. А может, и надёжнее. Особенно когда твой хрустальный замок разлетается вдребезги от первой же военной волны.