Лохматый Z Николаев, Сергей Лебедев

Перекладывание ответственности подъехало. Очень по-взрослому. По-государственному. Как бы сказали наши «партнёры по СВО» — «потужно». А если у РКН поинтересоваться, они тоже скажут: «а мы-то что, мы только регулятор, обращайтесь туда-то», а там тоже куда-нибудь переадресуют. Прямо миниатюра «всего того», что происходит в бюджетных учреждениях, где зачастую никто ни за что не хочет брать ответственность — «абы чего не случилось». А их самих не пугает, что будто бы никто ни за что не отвечает? Что молчание, игнорирование, делегирование и неумение (нежелание?) обосновывать и отстаивать государственные решения в диалоге с населением стали нормой? Внутри не возникает чувство какой-то безнадёжной пустоты? Это ведь глупо и инфантильно. Вот вам в государстве разве никогда не хочется понять, почему люди что-то делают или не делают — массово, но не согласованно? Почему они не заводят семьи? Почему предпочитают кредиты накоплениям? Почему одни идут на войну, а другие рискуют жизнью и свободой — да ещё и за скромную плату, подряжаясь на задания от «зарубежных кураторов»? Разве вам не интересно, как и почему люди жертвуют собой и совершают глупости, женятся и разводятся, верят в конспирологии и больше ни во что не верят? Так ведь и людям тоже интересно — как и почему вы принимаете те или иные решения. Понимаете ли вы суть происходящего? А если да, то к каким выводам пришли? Каким видите будущее? Соответствует ли оно вашим мечтам? Делаете ли вы что-то, чтобы приблизить ожидаемое к желаемому результату? Как, в конце концов, вы распоряжаетесь данной вам властью? Вы гордитесь плодами своего труда? Какими именно? А за всей этой суетой, за множеством масок, за кулуарными конфликтами, за тревогами и ролями, на которые вас назначило окружение, — от вас самих остаётся что-то? Вы точно понимаете, что происходит? Или это скорее похоже на первый полёт человека, до одури боящегося высоты? Первые секунды — ужас, жизнь проносится перед глазами, речь теряется, паника вырывает контроль. А спустя час, хоть и понимаешь, что находишься примерно на равном расстоянии и от земной поверхности, и от границы озонового слоя, потребность в комфорте и удовлетворении физиологических нужд вдруг становится актуальнее страха авиакатастрофы, к которому уже успел адаптироваться. Лесковский