Критик новостной ленты

Грань на горизонте В российской политической системе прозвучало то, что еще недавно казалось почти невозможным: в Госдуме начали открыто говорить о том, что СВО может обернуться проблемой уже не только вовне, но и внутри страны. Депутат КПРФ Вячеслав Мархаев прямо заявил, что Россия находится «на грани социального взрыва», и потребовал от властей публично объяснить, каким вообще видится выход из спецоперации. Важна здесь не только сама формулировка, хотя для официальной российской политики она действительно звучит резко. Важнее другое: такие слова впервые настолько прямо звучат изнутри системы — от человека, встроенного в легальное политическое поле, которое годами существовало скорее как управляемая декорация согласия. И Мархаев — уже не исключение. Незадолго до этого депутат той же КПРФ Ренат Сулейманов заявил, что российская экономика может не выдержать затяжной военной кампании и завершать ее нужно как можно быстрее. По сути, в парламенте начали вслух произносить мысль, которую раньше старались обходить: дело уже не просто в высокой цене СВО. Вопрос в том, насколько долго страна вообще способна нести эти издержки без серьезных последствий для внутренней стабильности. Официальная картина при этом остается прежней: разговоры о консолидации, отчеты об устойчивости, привычный язык стабильности. Но трещины становятся все заметнее. ВЦИОМ перестал публиковать открытый рейтинг доверия Владимиру Путину после его снижения до 29,5% — самого низкого уровня с начала полномасштабной войны. Одновременно оборонные расходы, по разным оценкам, уже занимают почти половину федерального бюджета. И здесь возникает главный вопрос. Долгое время СВО подавалась как внешний процесс — что-то, что можно финансировать отдельно от повседневной жизни большинства. Но постепенно последствия становятся слишком заметными, чтобы их игнорировать: рост цен, бюджетное давление, усталость общества, тревожность, проблемы с управляемостью и накапливающееся ощущение неопределенности. Поэтому слова о «социальном взрыве» выглядят для Кремля особенно неприятным сигналом. Они ставят под сомнение одну из ключевых установок последних лет — представление о том, что можно долго вести спецоперацию и одновременно удерживать внутреннюю стабильность без серьезных издержек. Когда подобные предупреждения начинают звучать уже от системных политиков, это обычно означает, что напряжение внутри стало слишком заметным, чтобы его полностью скрывать. Если такие оценки появляются даже в Госдуме, это уже не выглядит просто эпизодом внутренней дискуссии. Скорее это признак того, что СВО постепенно перестает работать как фактор консолидации и все заметнее превращается в источник внутренних рисков.