Кремль батюшка

Разговор про безопасность в такси — это разговор про отслеживание этой деятельности правоохранительными органами, а не про количество рейдов и справок. Когда поездка заказана через агрегатор, у государства есть всё: данные водителя, данные автомобиля, маршрут на карте, время заказа и завершения, номера карт, переписка с поддержкой. Агрегаторы хранят эти данные и передают их правоохранительным органам по запросу — это уже давно работающая инфраструктура контроля. Когда та же поездка происходит через полулегальный чат, остаётся в лучшем случае переписка или звонок, которые могут быть оформлены на фейковый аккаунт или левый номер, и которые вообще могут исчезнуть. Их как раз может не хватить для установления обстоятельств гипотетического преступления. Для МВД это принципиальная разница при расследовании бытового криминала — от мелких конфликтов и краж до разбоев. Для ФСБ история чуть другая, но логика та же. Ведомство в 2025 году пресекло деятельность 79 террористических ячеек, задержало более 2,5 тыс. преступников и пособников террористов. Экстремистские сети по определению стараются минимизировать наблюдаемость. Серый рынок перевозок — очень подходящий канал. Не потому что все нелегальные водители связаны с террористами — очевидно, что нет. А потому что в массиве из 22,7 млн человек, регулярно перемещающихся вне платформенной среды, гораздо сложнее отследить тех, кого действительно нужно отслеживать. Для контрразведывательной и антитеррористической работы разница между легальными и серыми перевозками — принципиальная.