Кремлевский шептун 🚀

В Белом доме организовали торжественный приём в честь китайского лидера. Изначально визит планировалось превратить в масштабную демонстрацию американской мощи: в программу включили воздушный парад с участием истребителей F-22 и стратегических бомбардировщиков B-2. В последний раз приём сопоставимого уровня в Вашингтоне устраивали для премьер-министра Индии Нарендры Моди в 2023 году. Однако переговоры с Пекином проходят на фоне серьёзных внутренних вызовов, с которыми сталкивается администрация Дональда Трампа. Доходность 10-летних государственных облигаций США поднялась до максимальных значений со времён кризиса 2007 года. Одновременно Китай продолжает сокращать вложения в американские казначейские бумаги, продавая трежерис на рынке. Появился и первый опрос, согласно которому рейтинг одобрения Трампа опустился ниже отметки в 30%. Проблемы для Белого дома теперь возникают не только среди независимых избирателей — снижение поддержки затрагивает и часть традиционного электората Трампа. До выборов остаётся всё меньше времени, а республиканские кандидаты всё настойчивее призывают президента как можно скорее добиться завершения войны с Ираном. С похожими требованиями выступает и спикер Палаты представителей Майк Джонсон, находящийся под серьёзным политическим давлением. Не утихают и споры вокруг возможного запрета на экспорт дизельного топлива из Соединённых Штатов. Подобное решение способно создать дополнительные сложности для целого ряда экономик. Одновременно ограничения могут сыграть на руку Китаю, который располагает значительными нефтеперерабатывающими мощностями и активно экспортирует нефтепродукты. В результате возможности Вашингтона использовать энергетику в качестве дополнительного инструмента давления на переговорах могут заметно сократиться. Перспективы заключения масштабного соглашения между Вашингтоном и Пекином пока остаются неопределёнными. Сторонам удалось договориться лишь о продлении торгового перемирия ещё на два месяца, тогда как достичь даже годового соглашения не получилось. Таким образом, до января американская администрация, вероятно, продолжит интенсивные попытки найти компромисс с Китаем. После этого начнёт работу новый созыв Конгресса, где политическая конфигурация может измениться и вновь актуализировать парламентские расследования и дискуссии об импичменте. Это способно дополнительно осложнить положение Белого дома на переговорах, предоставив Пекину новые возможности для продвижения собственных интересов.

🖥️ Мелания Трамп подтвердила: прямой гуманитарный канал между США, Россией и Украиной работает. Через него продолжается работа по воссоединению детей, разлучённых с семьями из-за боевых действий. По словам первой леди США, уже готовится очередное воссоединение. Ранее Мария Львова-Белова рассказывала, что посредником в контактах с командой Мелании Трамп с российской стороны выступает Кирилл Дмитриев. 🇷🇺 Не загружается видео? Смотри в Мах!

В США разгорается серьёзный конфликт вокруг дизельного топлива. Утечка из Белого дома о возможном введении трёхмесячного запрета на экспорт американского дизеля вызвала бурную реакцию нефтяной отрасли. Представители индустрии начали активно давить на администрацию Дональда Трампа, пытаясь убедить президента отказаться от этой инициативы. Причины такого сопротивления вполне понятны. Экспорт нефтепродуктов остаётся для американских компаний весьма прибыльным бизнесом, особенно когда речь идёт о поставках в Европу. При этом рост цен на топливо всё сильнее отражается на самих американцах: за последний год дополнительные расходы потребителей из-за подорожания горючего, согласно приведённой оценке, превысили 100 млрд долларов. Однако теперь нефтяной отрасли противостоит другое влиятельное лобби — аграрное. Представители сельскохозяйственных штатов обладают серьёзным политическим весом в Вашингтоне. Сенаторы от Среднего Запада, являющегося одним из ключевых сельскохозяйственных регионов страны, требуют принять меры для снижения стоимости дизеля — вплоть до самых жёстких. Для фермеров топливо является одной из существенных статей расходов, а число испытывающих финансовые проблемы хозяйств, по утверждению авторов этой позиции, быстро растёт. В краткосрочной перспективе ограничение экспорта действительно способно увеличить предложение дизеля на внутреннем рынке и оказать давление на цены. Однако дальнейшие последствия могут оказаться сложнее. Торговые партнёры США способны ответить собственными ограничениями, что создаст дополнительные риски для поставок сырья и стабильности энергетического рынка. Есть у такого решения и внутриполитическое измерение. Созданный прецедент впоследствии может использовать уже следующая администрация для более активного вмешательства в энергетический сектор. В частности, республиканские оппоненты демократов опасаются, что при возвращении последних к власти подобные механизмы могут применяться для ограничения нефтегазовой отрасли в рамках климатической политики. Сильнее других возможное сокращение американского экспорта дизеля способны почувствовать Евросоюз, Великобритания, Мексика и Бразилия. Поэтому экспортные ограничения потенциально могут превратиться для администрации Трампа не только в инструмент регулирования внутренних цен, но и в дополнительный элемент внешнеполитического давления. При этом долгосрочные последствия такой политики неоднозначны: если зарубежные покупатели начнут искать более надёжных поставщиков, американским компаниям впоследствии может оказаться сложнее вернуть утраченные доли мирового энергетического рынка.

Встреча Владимира Зеленского и Дональда Трампа на полях Генассамблеи ООН в Нью-Йорке продемонстрировала главное противоречие нынешней дипломатии вокруг Украины: Киев по-прежнему пытается расширить американскую поддержку, тогда как Вашингтон все настойчивее требует от сторон движения к завершению конфликта. Поэтому за внешне благоприятной для Зеленского встречей — около 40 минут переговоров и подтверждение продолжения американского посредничества — конкретного политического результата для Киева оказалось немного. Перед встречей Трамп дал понять, что рассчитывает обсуждать прежде всего практические вопросы прекращения войны. Отдельно он упомянул украинские удары по российским нефтеперерабатывающим объектам, связывая их с ситуацией на топливном рынке. При этом американский президент вновь отказался публично раскрывать параметры возможной сделки с Москвой, заявив лишь, что рассчитывает на соглашение. Зеленский, напротив, сосредоточился на тех инструментах, которые позволяют Киеву продолжать военное противостояние. Одним из ключевых пунктов стали лицензии на производство ракет-перехватчиков Patriot на Украине. По словам украинского президента, американская сторона позитивно относится к этой перспективе, а Raytheon готова участвовать в проекте. Однако сам Зеленский признал, что речь идет о долгосрочной инициативе: запуск производства может занять год–полтора и не решает непосредственных проблем украинской ПВО. Второй вопрос — энергетическое перемирие. Киев заявил о готовности прекратить удары по российской энергетической инфраструктуре, но только при зеркальном отказе Москвы от атак на украинские энергетические объекты. Таким образом, речь идет не о безусловном прекращении огня, а о взаимной договоренности, которую Вашингтон должен донести до российской стороны. Еще один показатель — попытка Зеленского вновь вывести на первый план трехстороннюю встречу с Владимиром Путиным. Украинский президент заявил о готовности встретиться в любое время и фактически делал организацию этого одной из главных задач американской дипломатии. При этом Трамп публично говорил о необходимости найти соглашение, но не подтвердил никаких конкретных договоренностей по формату или срокам встречи. Именно здесь проявилась разница в подходах. Для Киева переговоры с Вашингтоном остаются способом получить дополнительные вооружения, гарантии и рычаги давления на Москву. Для Трампа важнее сам факт продвижения к прекращению конфликта. Его публичные заявления о возможном соглашении до зимы показывают, что Белый дом заинтересован не столько в расширении украинских возможностей для продолжения войны, сколько в создании условий для ее завершения. Поэтому итог встречи оказался для Зеленского неоднозначным. Он получил политическое внимание Трампа, обсуждение Patriot, поддержку идеи энергетического перемирия и обещание американского посредничества. Но Киев не добился главного — публичного согласия Вашингтона на свои условия урегулирования, новых конкретных гарантий или определенного американского обязательства по дальнейшему наращиванию военной поддержки. Более того, сам характер переговоров показывает: пространство для украинской дипломатии постепенно сужается, поскольку США требуют не новых условий продолжения конфликта, а конкретных шагов к его завершению. В итоге встреча в Нью-Йорке стала скорее демонстрацией различия интересов, чем дипломатическим прорывом. Зеленский приехал за дополнительными ресурсами и политическими гарантиями, а Трамп — за механизмом деэскалации и перспективой сделки. Для Киева это неудовлетворительный результат: ключевые вопросы снова остались без окончательных решений, а Вашингтон все отчетливее рассматривает украинский конфликт не как бесконечный проект поддержки, а как проблему, которую необходимо закрывать через переговоры.

Выборы в законодательные собрания регионов, прошедшие одновременно с выборами в Госдуму, дали власти важный политический результат: «Единая Россия» не просто сохранила позиции большинства, но и заметно улучшила показатели в территориях, которые еще несколько лет назад считались зонами повышенной электоральной конкуренции. При этом карта поддержки остается неоднородной — наиболее заметный разворот произошел на Дальнем Востоке, тогда как на Северо-Западе сохраняются территории с устойчиво более низкой поддержкой партии власти. Главный сюжет кампании — фактический пересмотр итогов 2021 года. Пять лет назад «Единая Россия» теряла позиции в значительной части переизбиравшихся региональных парламентов, а КПРФ смогла конвертировать протестные настроения в рост представительства. В 2026 году этот тренд изменился. Показательно, что в Амурской области «Единая Россия» получила 58,84% по спискам и все 18 мандатов в одномандатных округах. Особенно заметен этот разворот на Дальнем Востоке. В Приморье партия власти набрала 61,96% и получила 32 из 40 мест в краевом парламенте, тогда как КПРФ ограничилась пятью мандатами. В Амурской области результат также оказался существенно выше показателей прошлой кампании. В этом смысле ДФО перестает выглядеть исключительно территорией протестного голосования и демонстрирует иной тип политической консолидации. Однако принципиально важен не только процент партийных списков, но и механизм превращения голосов в парламентское большинство. Смешанная система позволяет одномандатным округам существенно усиливать результат партии, набравшей первое место. Поэтому региональные выборы 2026 года дали «Единой России» возможность получить устойчивое преимущество даже там, где ее списочный результат не выглядит подавляющим. Именно это превращает электоральный результат в управляемое парламентское большинство. На этом фоне особенно контрастно выглядит Северо-Запад. В Карелии «Единая Россия» получила лишь 28,46%, в Вологодской области — 31,98%, а в Кировской области — около 33,5%. Карелия при этом сохраняет низкую поддержку партии власти уже не первый цикл: речь идет не о внезапном провале, а об устойчивой региональной особенности. Вологодская область представляет другой тип риска — здесь важна именно отрицательная динамика. «Единая Россия» получила 31,98%, тогда как КПРФ — 25,26%. Кроме того, в новом парламенте будут представлены сразу шесть партий. Это означает, что пространство политической конкуренции здесь остается значительно более дробным, чем на Дальнем Востоке. При этом говорить о едином «протестном фронте» Северо-Запада уже нельзя. КПРФ сохраняет серьезные позиции, но перестает быть единственным каналом протестного голосования. В разных регионах конкуренцию ей составляют ЛДПР, «Новые люди» и «Справедливая Россия». Сам протест становится более фрагментированным и зависит не столько от единой идеологической идентичности, сколько от региональной специфики, кандидатов и способности конкретной партии аккумулировать недовольство. В итоге выборы в заксобрания показали двойную тенденцию. «Единая Россия» укрепила способность конвертировать федеральный политический ресурс в устойчивые региональные большинства, особенно на Дальнем Востоке. Но одновременно сохраняются территории, где эта модель работает заметно слабее. Поэтому главный результат кампании — не исчезновение региональной конкуренции, а изменение ее конфигурации: протест становится более раздробленным, а власть — более способной превращать электоральное лидерство в парламентский контроль. Для федерального центра это означает укрепление общей управляемости политической системы, но одновременно указывает на регионы, где качество политической консолидации по-прежнему остается отдельной задачей.

Разработанная ПСБ методика переезда крупных федеральных компаний в регионы может использоваться в качестве примера для других корпораций. Об этом доложил председатель ПСБ Петр Фрадков в ходе совещания президента Владимира Путина с членами правительства. Одной из ключевых тем совещания стал вопрос перерегистрации крупных компаний в регионы – Минэкономразвития определило восемь холдингов, которые частично могли бы переехать из Москвы в регионы. Петр Фрадков рассказал о первых результатах переезда ПСБ в Ярославскую область. Общий эффект от переезда ПСБ – с учетом развития социальной, жилищной, спортивной инфраструктуры, инвестиций в человеческий капитал, налоговые поступления в региональный бюджет – составит до 140 млрд рублей, оценил председатель ПСБ. «Однозначно мы видим экономический эффект для области, и мы видим, что накопленным итогом он может составить до 2040 года до 140 млрд рублей»,- сказал Петр Фрадков. По его словам, по итогам 2025 года бюджет Ярославской области получил почти 2,5 млрд рублей дополнительных налогов в результате перерегистрации в Ярославль 2 000 сотрудников ПСБ. Всего к 2030 году в Ярославль переедут около 12 тысяч человек. «Мы исходим из того, что к концу 2030-го года мы должны физически перевести 5 000 человек. Но, учитывая семьи, детей, это будет более чем 12 000 человек - образно, это увеличивает численность населения города Ярославля на 2%», - сообщил Петр Фрадков президенту.

Очередной этап переговоров между США и Ираном, судя по всему, не принёс заметного прогресса. На этом фоне Дональд Трамп публично поддержал идею ограничения экспорта дизельного топлива. Подобная риторика может указывать на то, что в Белом доме пока не рассчитывают на серьёзный дипломатический прорыв. Иранская сторона, в свою очередь, может быть заинтересована в затягивании переговорного процесса до американских выборов, рассчитывая на изменение внутриполитической ситуации в США. Сейчас лишь около четверти американских избирателей поддерживают действия Трампа в отношении Ирана, тогда как значительная часть опрошенных относится к его политике критически. При этом в центре нынешней избирательной кампании находятся прежде всего внутренние экономические проблемы — рост стоимости жизни, инфляционное давление и повышение цен на топливо. Переговоры Трампа с Владимиром Зеленским относительно возможного энергетического перемирия также пока не привели к существенным результатам и фактически свелись к обсуждению условий возможных договорённостей. Активность американской администрации сразу на нескольких направлениях — как украинском, так и ближневосточном — во многом связана с приближением выборов. В ряде штатов, включая Миннесоту и Вирджинию, уже начались процедуры раннего голосования и рассылки бюллетеней. До основного дня голосования, назначенного на 3 ноября, остаётся около 40 дней. При этом обсуждаемое ограничение экспорта дизельного топлива способно создать дополнительные проблемы для энергетического рынка. В администрации США обеспокоены возможными глобальными перебоями с нефтяными поставками и их последствиями для американского внутреннего рынка. Соединённым Штатам необходимо обеспечивать поступление значительных объёмов сырья — порядка 7–8 млн баррелей в сутки. Одновременно экспортные ограничения могут ударить по зарубежным рынкам сбыта американских энергоресурсов, причём восстановить утраченные позиции впоследствии может оказаться непросто. Таким образом, времени для заметного улучшения ситуации до выборов у администрации Трампа остаётся всё меньше. Контакты с Венесуэлой продолжаются, однако пока нет оснований рассчитывать, что они позволят достаточно быстро и существенно нарастить объёмы поставок нефти на американский рынок. Одновременно начинаются непростые переговоры с Китаем, к которым команда Трампа подходит на фоне сразу нескольких внешнеполитических и экономических проблем. Это обстоятельство может усиливать переговорные позиции других сторон, которые стремятся использовать нынешнюю ситуацию в собственных интересах.

Результат «Справедливой России» на выборах в Госдуму-2026 стал для партии тревожным сигналом. Формально эсеры в парламенте остаются: после обработки 96,9% протоколов партия преодолела пятипроцентный барьер и набрала около 5,13%. Но еще при обработке 95,18% протоколов она находилась ниже проходной отметки — 4,96%. Для сравнения: в 2021 году «Справедливая Россия — За правду» получила 7,46%. Таким образом, речь идет не просто о колебании нескольких десятых процента, а о заметном сокращении электоральной базы. Главная проблема здесь, вероятно, лежит не только в конкретной кампании, но и в самой политической идентичности партии. «Справедливая Россия» на протяжении последних лет пыталась одновременно сохранять социальную повестку, патриотическую риторику и лояльность к действующей политической системе. В результате избирателю становилось все сложнее ответить на простой вопрос: чем именно эсеры отличаются от других парламентских сил и зачем голосовать именно за них. Политологи связывают нынешний результат с отсутствием четкой идеологической идентичности партии. Эту проблему усиливает кадровый фактор. Сергей Миронов остается наиболее узнаваемым лицом партии, однако сама организация пока не создала сопоставимого набора ярких федеральных лидеров. Образ Миронова уже изрядно ппотускнел, потенциал для избирателей уже во многом исчерпался. При этом отсутствие Миронова в информационном поле из-за травмы заметно сказалось на узнаваемости бренда: партийная марка оказалась значительно слабее личного бренда ее председателя. На этом фоне особенно показательно сокращение поддержки в Петербурге — одном из исторически значимых для эсеров регионов. На выборах в городской парламент партия получила лишь 3,03% голосов и не прошла в ЗакС. Если партия теряет позиции даже в крупных городах, где традиционно могла рассчитывать на более заметный социальный и протестный электорат, это уже свидетельствует о структурной проблеме, а не об отдельных ошибках предвыборной кампании. Дополнительное давление создала и смена общественной повестки. Социально-экономическая проблематика стала заметнее, однако именно здесь у «Справедливой России» возникла проблема конкуренции: социальную повестку активно использует КПРФ, тогда как масштабные экономические и социальные программы находятся и в центре кампании «Единой России». В итоге у эсеров сужается пространство между более сильными политическими брендами. Таким образом, нынешние 5% — это не столько победа на грани, сколько предупреждение о необходимости политической перезагрузки. «Справедливой России» требуется заново ответить на три базовых вопроса: какую именно идеологическую нишу она занимает, какие конкретные смыслы предлагает обществу и кто способен персонально эти смыслы олицетворять. Без ясной идентичности, узнаваемых лидеров и собственной повестки партия рискует постепенно превращаться из самостоятельного политического игрока в организацию, чье присутствие в Госдуме зависит от минимального электорального запаса.

В Евросоюзе нарастает противоречие, которое способно стать одним из главных конфликтов вокруг объединения: спор идет уже не о размере отдельных программ, а о том, сколько европейские государства вообще готовы платить за общие амбиции Брюсселя. Германия, Дания, Нидерланды, Австрия и Финляндия потребовали сократить предложенный Еврокомиссией долгосрочный бюджет ЕС на несколько сотен миллиардов евро. Для пятерки крупнейших доноров вопрос упирается в предел допустимой финансовой нагрузки на национальные бюджеты. Еврокомиссия предлагает финансовый план почти на €2 трлн на 2028–2034 годы. Формально это увеличение относительно действующего периода, причем сама комиссия объясняет его необходимостью одновременно финансировать безопасность и оборону, конкурентоспособность, инновации, климатические программы, региональное развитие и миграционную политику. В Брюсселе подчеркивают, что речь идет не просто о росте расходов, а о перестройке всей архитектуры бюджета под новые вызовы. Однако именно такая логика и вызывает сопротивление стран-доноров. Их лидеры не требуют уменьшить расходы по сравнению с нынешним семилетним планом, но считают нереалистичным увеличение бюджета примерно на 60%. Вместо простого расширения финансирования они предлагают перераспределить средства в пользу обороны и безопасности, конкурентоспособности, технологий и борьбы с нелегальной миграцией. Фактически речь идет о споре не только о сумме, но и о том, какие приоритеты должны определять европейскую политику в ближайшие годы. Особенно важна позиция Германии. Берлин ранее настаивал на сокращении проекта примерно на €400 млрд, указывая, что первоначальный объем становится слишком тяжелым для национального бюджета. Для Германии, которая традиционно входит в число главных плательщиков, вопрос приобрел уже внутреннее политическое измерение: увеличение общеевропейских расходов означает необходимость объяснять собственным налогоплательщикам, почему национальные ресурсы должны уходить на постоянно расширяющийся список общеевропейских задач. Но конфликт не ограничивается противостоянием Берлина и Брюсселя. Страны, которые являются крупными получателями европейских средств, заинтересованы в сохранении максимально объемного бюджета. Поэтому сокращение на несколько сотен миллиардов евро неизбежно означает борьбу за то, какие программы окажутся под давлением и какие государства почувствуют последствия первыми. Reuters отмечает, что спор уже вызывает обеспокоенность у стран — получателей фондов, а окончательное решение лидеры ЕС рассчитывают принять до конца года. В результате бюджетный вопрос начинает вскрывать более глубокую проблему Евросоюза. Брюссель стремится одновременно усиливать оборону, поддерживать промышленность, финансировать зеленую и цифровую трансформацию, управлять миграцией и сохранять масштаб перераспределения между регионами. Но финансовая база для всех этих задач не бесконечна, а крупнейшие доноры все отчетливее требуют расставить приоритеты. Именно поэтому спор вокруг бюджета становится проверкой самой модели европейской интеграции. Пока интересы стран расходятся по вопросу о том, кто и за что должен платить, любое увеличение общего бюджета превращается в политический торг. И чем выше финансовые запросы Еврокомиссии, тем сильнее давление со стороны национальных правительств, требующих сначала определить пределы общих расходов, а уже затем решать, какие европейские амбиции действительно можно профинансировать.

⚡️ЕС не поддержал позицию Норвегии и намерен сохранить курс на ограничение добычи нефти и газа в Арктике. В понедельник утром представитель Евросоюза подтвердил эту позицию норвежскому NRK в письменном комментарии. Речь идет о возможном моратории на освоение арктических ресурсов и обновлении арктической стратегии Евросоюза. Судя по имеющейся информации, основные ориентиры Брюсселя в этой сфере вряд ли существенно изменятся по сравнению со Стратегией ЕС 2021 года. При этом использовавшиеся ранее формулировки были достаточно осторожными и сами по себе не предполагали жестких юридических обязательств. В документе речь шла скорее о стремлении в перспективе добиться моратория и ограничить разработку новых месторождений. Таким образом, подобные положения в первую очередь обозначали политическое направление ЕС, а не вводили прямой и обязательный запрет. Ожидается, что аналогичный подход может сохраниться и в арктической стратегии 2026 года: идея ограничения нефтегазовой деятельности останется частью политической позиции Брюсселя, но не превратится в механизм, непосредственно запрещающий государствам добывать ресурсы. Само сохранение цели по введению моратория в таком случае будет иметь прежде всего декларативное значение, демонстрируя общую позицию Евросоюза по вопросам климатической и арктической политики. Норвегия активно пыталась убедить ЕС пересмотреть этот курс. Однако даже если прежние формулировки останутся в обновленной стратегии, это не означает автоматического введения реальных ограничений на норвежскую нефтегазовую отрасль. В направленных Брюсселю предложениях по обновлению арктической политики норвежские власти отдельно подчеркнули, что возможные ограничения на добычу или импорт нефти и газа из Арктики, включая мораторий, не затрагивают суверенное право Норвегии вести разведку и разработку природных ресурсов на собственном континентальном шельфе. В итоге сохранение достаточно «мягких» формулировок может позволить Брюсселю одновременно придерживаться климатической повестки и не вступать в прямое противоречие с энергетическими интересами Норвегии. Особенно важным этот баланс становится на фоне сохраняющихся в Европе опасений по поводу энергетической безопасности. Впрочем, окончательные выводы делать пока рано. На вопрос о том, останется ли идея моратория преимущественно политической декларацией, в Еврокомиссии заявили лишь, что «процесс продолжается». Окончательная позиция станет понятна после публикации обновленной стратегии, запланированной на 20 октября. «Норвегия сама определяет судьбу собственных ресурсов, а не Евросоюз» Так министр энергетики Норвегии Терье Осланд отреагировал на сообщения о намерении Еврокомиссии сохранить нынешний подход к нефтегазовой деятельности в Арктике. Норвежское правительство ранее добивалось от Брюсселя пересмотра этой позиции при подготовке новой арктической стратегии ЕС. Публикация документа ожидается в октябре.

Разногласия вокруг иранского конфликта внутри Республиканской партии становятся всё заметнее. Участвующие в сенатских кампаниях в Мичигане и Айове кандидаты-республиканцы публично призвали Дональда Трампа добиваться завершения войны с Ираном. Для Среднего Запада эта тема особенно чувствительна: аграрные регионы столкнулись с последствиями дефицита дизельного топлива и удобрений. Сам Трамп уже допускает возможность прямого диалога с иранским руководством на фоне роста цен на топливо. Одновременно Белый дом отказался от идеи открытия ещё одного направления конфликта в Йемене. Новая военная эскалация могла бы дополнительно усилить напряжённость на энергетическом рынке и усугубить внутренние экономические проблемы США. На этом фоне показатели одобрения Трампа, согласно упоминаемым автором опросам, продолжают снижаться. Параллельно президент вступил в очередное противостояние с либеральными американскими СМИ, обвиняя их в необъективном освещении деятельности своей администрации. В Белом доме также решили ужесточить доступ ряда представителей прессы к брифингам. Однако информационная конфронтация вряд ли способна сама по себе снять экономические вопросы накануне выборов. Рост издержек и ухудшение положения бизнеса американцы ощущают непосредственно. По приведённым в исходном тексте данным, с начала года число корпоративных банкротств в США увеличилось на 50–60%, приблизившись к максимальным значениям со времён ипотечного кризиса. Дополнительным давлением на компании стали сначала торговые конфликты, связанные с политикой администрации Трампа, а затем энергетические потрясения. В результате внутри Республиканской партии может усиливаться дистанцирование от позиции Белого дома со стороны кандидатов, ведущих борьбу в конкурентных штатах и округах. Для них вопрос Ирана всё теснее переплетается с внутренней экономической повесткой. Администрации Трампа, в свою очередь, приходится искать баланс на иранском направлении: демонстрировать жёсткость во внешней политике и одновременно добиваться снижения энергетических цен внутри страны. Насколько успешно удастся совместить эти задачи, пока остаётся открытым вопросом.

Одним из ключевых результатов региональной кампании ЕДГ-2026 стало заметное изменение партийного представительства в законодательных собраниях. «Новые люди» сформировали новые фракции сразу в 12 региональных парламентах, ЛДПР смогла нарастить показатели в 27 из 39 субъектов, тогда как «Справедливая Россия» лишилась представительства сразу в десяти заксобраниях. Наиболее ощутимые потери СР понесла в Санкт-Петербурге, Ленинградской, Московской, Тюменской, Омской, Самарской и Тверской областях, Красноярском крае, Мордовии и ХМАО. Во всех этих регионах партия не смогла преодолеть пятипроцентный барьер. «Единая Россия» в большинстве субъектов показала более высокий результат, чем на выборах пятилетней давности. Наиболее существенный рост зафиксирован на Дальнем Востоке: в Амурской области показатель партии увеличился на 27%, в Приморском крае — на 24,1%, на Камчатке — на 21,6%. В Санкт-Петербурге, Оренбургской и Псковской областях результат ЕР оказался примерно в полтора раза выше прежнего. Регионов с отрицательной динамикой оказалось немного: снижение отмечено в Карелии, Адыгее, Ингушетии и Чечне. Самое заметное падение произошло в Вологодской области, где показатель партии сократился с 35,6% до 32%. У КПРФ динамика оказалась иной. Улучшить свои показатели коммунистам удалось лишь в Чечне, Вологодской и Орловской областях, однако подавляющее большинство ранее существовавших региональных фракций партия сохранила. ЛДПР, в свою очередь, расширила географию присутствия и впервые сформировала фракцию в Чечне. «Новые люди» получили места в парламентах Приморья, ХМАО, Ингушетии, Адыгеи, Алтайского края и еще семи областей. Кроме того, партия впервые преодолела проходной барьер в Ставропольском крае и Тюменской области. Отдельно выделилась Новгородская область: здесь депутатские мандаты получили представители сразу семи партий, в том числе «Яблока», набравшего 6,2%. Губернаторские выборы продемонстрировали значительно меньшую вариативность результатов. Во всех восьми регионах победу одержали действующие руководители субъектов. При этом показатели новых временно исполняющих обязанности губернаторов не достигли 70%. Для сравнения, их предшественники на своих первых выборах в Белгородской, Брянской и Тверской областях получали от 72,1% до 80% голосов.

Коллеги отметили нас, указав, что у нас хорошая вовлеченность аудитории. Отметив нашу аналитику основанную на заявлении Путина.

Одновременно с выборами в Государственную думу в России завершились прямые выборы губернаторов в восьми регионах. Их итог оказался предсказуемым: ни в одном из субъектов оппозиционным кандидатам не удалось вывести кампанию во второй тур или создать реальную интригу вокруг смены руководителя. Во всех восьми случаях победу одержали действующие главы либо временно исполняющие обязанности губернаторов. При этом результаты не были абсолютно одинаковыми. Рамзан Кадыров в Чечне получил 99,85%, Владислав Ховалыг в Туве — 90,95%. В Мордовии Артем Здунов набрал 78,90%, в Ульяновской области Алексей Русских — 76,63%, в Пензенской области Олег Мельниченко — 71,36%. В Тверской области Виталий Королев получил 69,92%, в Брянской области Егор Ковальчук — 68,17%, а в Белгородской области Александр Шуваев — 65,97%. Эти цифры важны не столько сами по себе, сколько в сравнении с характером кампаний. В большинстве регионов альтернативные кандидаты не смогли превратить недовольство отдельными социально-экономическими проблемами в самостоятельную политическую повестку. Даже там, где конкуренция была выше, преимущество действующей власти оказалось достаточным для победы уже в первом туре. Тем самым губернаторские выборы не стали каналом выражения масштабного протестного запроса. Именно здесь проявляется специфика нынешней региональной политики. Война, экономические ограничения, проблемы инфраструктуры и социальные вопросы создают для губернаторов дополнительные риски, однако сами по себе они не превращаются автоматически в электоральную угрозу. Результаты различались от региона к региону, но в большинстве кампаний действующие руководители смогли сохранить устойчивое преимущество. При этом он обращал внимание на то, что результаты одновременно показывают и пределы их поддержки. Особенно показательно, что наиболее высокие показатели пришлись на регионы, которые традиционно демонстрируют высокий уровень политической лояльности федеральному центру. В остальных субъектах результаты были более умеренными, но нигде не возникло ситуации, при которой борьба приобрела бы характер противостояния за саму власть. Это означает, что региональная вертикаль пока сохраняет значительный запас устойчивости даже в условиях сложной социально-экономической среды. Есть здесь и другой важный момент. Отсутствие серьезной интриги объясняется не только позициями действующих губернаторов, но и качеством кампаний их соперников. Оппозиционные партии присутствовали в выборах, однако не смогли предложить избирателю настолько сильную альтернативу, которая заставила бы действующую власть бороться за второй тур или менять стратегию непосредственно по ходу кампании. В итоге губернаторские выборы стали скорее подтверждением существующей конфигурации региональной власти, чем источником новых политических раскладов. Действующие главы получили очередной электоральный мандат, а оппозиция не смогла превратить накопившиеся в регионах проблемы в серьезный вызов. Для федерального центра это означает сохранение управляемой региональной конструкции: смены губернаторской власти не произошло ни в одном из восьми субъектов, а значит, нынешний политический цикл начинается без существенного переформатирования губернаторской вертикали.

Итоги выборов в Госдуму девятого созыва в целом подтвердили базовый сценарий кампании, однако масштаб результата «Единой России» оказался заметно выше многих предварительных ожиданий. После обработки 93,06% протоколов партия власти получает 57,83% голосов по федеральному списку. Для сравнения, в 2021 году ее результат составлял 49,82%. Поэтому главным сюрпризом выборов стало не первое место «Единой России», которое изначально не вызывало серьезных сомнений, а величина ее преимущества. Второе место сохранила КПРФ — 13,81%. Тем самым завершилась и интрига вокруг противостояния с ЛДПР: партия получает 8,93% и остается третьей. «Новые люди» с 7,97% занимают четвертую позицию и заметно прибавляют по сравнению с 5,32% в 2021 году. «Справедливая Россия» пока находится ниже пятипроцентного барьера — 4,96%. Если итоговый результат не изменится, в Госдуму по федеральным спискам пройдут четыре партии вместо пяти. Таким образом, партийная система не претерпевает резкого перелома, но становится более компактной. «Единая Россия» сохраняет доминирующее положение, КПРФ удерживает статус основной парламентской оппозиции, ЛДПР остается значимой третьей силой, а «Новые люди» закрепляют свое присутствие в парламенте. При этом исчезновение одной партии из федерального представительства дополнительно упрощает конфигурацию будущей Госдумы. Отдельного внимания заслужают причины результата партии власти. Ее преимущество складывается не из одного фактора, а из целой системы политической мобилизации. Важную роль сыграла консолидация федерального бренда вокруг президентской повестки. Существенным ресурсом стали губернаторы, которые во многих регионах выступали не только партийными спикерами, но и переносили на результат «Единой России» собственный политический капитал. Дополнительным элементом стала Народная программа, позволившая партии строить кампанию не исключительно на обещаниях, но и на демонстрации уже реализованных проектов в социальной и инфраструктурной сферах. Параллельно значительно выросла роль цифровой коммуникации. Работа с избирателями велась через различные форматы и целевые аудитории, а сама кампания фактически началась задолго до трех дней голосования. Высокая явка в 56,66% также стала одним из заметных результатов кампании. При этом окончательная оценка распределения мандатов будет зависеть от завершения подсчета и результатов по одномандатным округам. В политическом отношении новая Госдума будет обладать высокой степенью предсказуемости. Уверенное большинство «Единой России» создает условия для сохранения управляемой парламентской конфигурации, в которой основные разногласия будут происходить внутри системного поля, а не вокруг вопроса смены политического курса. С учетом продолжающегося противостояния России с западными странами такой состав парламента объективно создает для власти удобную институциональную конструкцию: она позволяет быстро консолидировать законодательную поддержку решений, связанных с безопасностью, экономикой и внешнеполитическими вызовами. Поэтому главный итог выборов — не изменение политического курса, а его парламентское закрепление на следующем этапе.

Работа с мировоззрением, а не с бюллетенем. Как Дальний Восток перестал быть окраиной Протоколы почти подсчитаны - обработано 99%, - и картина ясна: «Единая Россия» получает по ДФО 54,4% против 35,9% пять лет назад, плюс восемнадцать с половиной пунктов. Политологи уже называют это «Дальневосточным чудом», дальневосточный разрыв, который в экспертной среде считали почти константой, закрыт за один цикл. Явка - рекордная за пятнадцать лет, все четырнадцать одномандатных округов - за единороссами. Но к этому результату Дальний Восток шёл не три дня и не одну кампанию. Политконсультант, член правления РАПК, автор и ведущий подкаста «ЦЕХЪ» Антон Вертунцов видит в нём не всплеск, а подтверждение: округ перестал быть оппозиционной окраиной задолго до 20 сентября, и нынешние цифры лишь фиксируют то, что уже произошло. «Что касается победы Дальнего Востока над образом оппозиционной окраины, безусловно, это произошло не сегодня. Сегодняшний результат является лишь подтверждением долгосрочности этого эффекта. Первое такое подтверждение мы получили ещё в 2024 году, когда дальневосточные регионы поднялись с последних позиций по поддержке политики федерального центра на четвёртое место. И мы помним, что этому предшествовала большая многолетняя работа команды полпреда ДФО Юрия Петровича Трутнева, которая системно работала с убеждениями, ценностями, пониманием ситуации и мировоззрением избирателя. Не от условных выборов к выборам, а в постоянном режиме». Разбирая, из чего складывался этот результат, Вертунцов называет и метод, и почву, на которой он сработал: «Велась правильная коммуникационная работа, настраивались соответствующие каналы, отрабатывались попытки провокаций, выстраивалась обратная связь. Безусловно, основой здесь стали и реальные изменения, произошедшие на Дальнем Востоке, и значительно большее внимание федерального центра к макрорегиону, и крупные инфраструктурные проекты. Свою роль сыграла и международная обстановка, которая привела к появлению и усилению курса на восток. Но одно без другого не существует. Можно сколько угодно делать хороших дел, но если правильно об этом не рассказывать, не объяснять людям смысл происходящего, то эти изменения не обязательно будут влиять на политические взгляды жителей самого макрорегиона. Поэтому, ещё раз повторюсь, показатель этих выборов для меня прежде всего - подтверждение и закрепление статуса Дальнего Востока как одного из ключевых макрорегионов страны».

📌 Составленный «Распутицей» совместно со Skurlatov.ru еженедельный дайджест Telegram-повестки — Эстония заявила о готовности полностью закрыть границу с Россией: Говорит ТопаZ 🪖, Пятилетка, Наблюдатель, Плавильный котел, Зона особого внимания, Политика страны, Мастер пера; — Уэльс, Шотландия и Ольстер подписали меморандум о праве на выход из Британии: Теле Стрим, Выпускайте КракенаZ!, Пинта разума, Политген, Елена Панина, Туранский экспресс, Мейстер, Екушевский.Live 🇷🇺; — Кремль объяснил передачу активов Auchan и Nestle во временное управление: Политический Агрегатор, Кремлевский мамковед, Бойлерная, Пауки в банке, Бульдоги под ковром, Украина не Россия❓; — Истребители НАТО впервые сбили беспилотник над Литвой: Новости сегодня, Что-то знаю / Павел Данилин, Юрий Баранчик, Новый век, Охранитель, РУССТРАТ, Друид, Донбасский Кейс; — За первое полугодие из РФ депортировали 100 000 мигрантов: СОСЕДИ | Большой Кавказ, Неверный путь, Вечерний пророк, Что делать?, Шо, опять?, Колоколъ; — В Сеуле прошел первый саммит «Центральная Азия — Южная Корея»: Дежурный по СНГ, Инсайды и инсайты, Азиатский Экспресс, Кыргызский форпост, КараVан идет, Россия не Европа; — Saudi Aramco сообщила клиентам в ЕС, что не поставит нефть в октябре: Черный Лебедь, Мадам Секретарь, Нетленка, Политтранзит, Россия в глобальной политике, Россия не Европа; — Конгресс США одобрил «адские» санкции против России, затрагивающие Китай и Индию: Кремлевский шептун 🚀, Сибиряк, Скурлатов live, Православная политика, Ламповый Преемник, Толкователь, Московская прачечная.

⚡ ФУТБОЛКА — от которой корежит запад Сталинские соколы ежедневно применяют БПЛА Герань — оружие, которое меняет ход сражения и не дает смолкать сиренам врага. 🇷🇺 Носи с гордостью мерч Сталинских соколов

Для губернатора Тульской области Дмитрия Миляева все заметнее формируется негативный информационный фон вокруг одной из самых базовых сфер — вывоза коммунальных отходов. Проблема постепенно выходит за рамки отдельных жалоб и приобретает системный характер: жители Тулы, Новомосковска и Узловой продолжают сообщать о переполненных контейнерных площадках и несвоевременном вывозе мусора. В сентябре областное профильное министерство признало, что именно в этих территориях за последние три месяца наблюдалось наибольшее количество обращений. При этом проблемы возникли не вчера. Еще в первой половине июня в ситуационный центр поступило 707 обращений по теме вывоза отходов — примерно на 27% больше, чем за аналогичный период прошлого года. Позднее уборка и вывоз мусора вновь стали самой частой категорией обращений жителей на региональном портале. Таким образом, речь идет не о разовом сбое, а о повторяющейся проблеме, которая месяцами сохраняет высокую общественную чувствительность. Особенно важен здесь не сам факт существования перебоев, а то, как долго они продолжаются. Еще в июне губернатору докладывали о росте числа обращений, а к сентябрю вопрос снова пришлось выносить на оперативное совещание. Миляев публично потребовал понять, когда в работе региональных операторов появится заметное улучшение, и заявил о необходимости личной встречи с руководителями компаний. Параллельно власти объявили о новом отборе операторов на следующий период. Именно эта последовательность и создает для главы региона наиболее неприятный репутационный эффект. Реакция последовала, но после того, как проблема уже накопила значительный массив обращений. Для жителей же важен не процесс совещаний, а конкретный результат: убранная контейнерная площадка, своевременно вывезенные отходы и отсутствие антисанитарных условий возле дома. Когда одна и та же тема месяцами остается в числе главных поводов для жалоб, административные меры начинают восприниматься как реакция на последствия, а не как предотвращение проблемы. Ситуацию дополнительно осложняет спор о причинах переполнения площадок. Операторы указывают, что часть проблем связана с несанкционированным размещением крупногабаритных и строительных отходов, которые формально не относятся к обычному ТКО. «МСК-НТ», например, связывает появление стихийных свалок в том числе с неправильным складированием такого мусора. Но для обычного жителя эта граница зачастую вторична: если контейнерная площадка выглядит как свалка, ответственность в общественном восприятии ложится на систему ЖКХ в целом. Здесь и возникает главный информационный риск для Миляева. Сам губернатор еще летом называл ЖКХ одной из ключевых проблем региона и признавал, что до идеального состояния отрасли далеко. Поэтому новые волны жалоб усиливают уже существующий запрос населения на практические изменения. В итоге мусорный кризис становится для областной власти проверкой не способности проводить совещания, а способности добиваться устойчивого результата. Пока обращения продолжают поступать, а проблема повторно выходит на уровень губернатора, негативный фон будет сохраняться. Для Миляева это означает, что история с вывозом ТКО постепенно перестает быть исключительно проблемой региональных операторов и все больше воспринимается как показатель эффективности всей управленческой цепочки. А если система не сможет быстро превратить распоряжения и санкции в чистые улицы и своевременный вывоз, информационная проблема рискует закрепиться уже непосредственно за областной властью.

Генеральный инспектор бундесвера Карстен Бройер избран председателем военного комитета НАТО. Традиционно человек на этой должности выступает главным советником генсека альянса и помогает выстраивать военную стратегию. К своим обязанностям Бройер приступит в июле 2027 года, а его избрание отражает возросшую роль Германии в НАТО. Работа ему предстоит в непростых условиях: именно на его срок выпадает реализация американской инициативы по сокращению войск в Европе и снижение интереса США к европейским делам. Избрание нового председателя военного комитета НАТО прошло 19 сентября в Копенгагене. На этот пост претендовали лишь двое: генеральный инспектор бундесвера Карстен Бройер и начальник штаба национальной обороны Канады Дженни Кариньян. Последняя в итоге уступила выходцу из ФРГ. Такой исход был во многом ожидаем: с одной стороны, после прихода к власти президента США Дональда Трампа у европейских членов НАТО есть запрос на лидерство в альянсе, а с другой — отношения между Канадой и США оставляют желать лучшего и выбор кандидата из Оттавы мог лишь усилить напряжение внутри НАТО. Сам Бройер многое сделал для того, чтобы победить в этой гонке: еще до голосования он лично объехал столицы стран, являющихся ключевыми партнерами Германии в НАТО.