Кремлевский шептун 🚀

Когда Конституционный суд запретил применять сроки давности к искам об изъятии коррупционного имущества, у прокуроров наступили золотые времена. Главный по изъятиям, заместитель генпрокурора Игорь Ткачёв стал самым влиятельным человеком России. Имеющим право отобрать почти любой бизнес. Президент говорит, что коррупция – это прямая угроза нацбезопасности. С этим невозможно не согласиться. В рамках выполнения ФЗ от 25.12.2008 № 273 «О противодействии коррупции» сделано многое. И главный принцип здесь, как постоянно подчёркивает глава государства, – неотвратимость наказания и равенство всех перед законом. Но порой этот принцип не действует. Казнокрадов наказывают не подряд, а выборочно. Тогда встаёт вопрос критериев этого выбора. И личностей, которые этот выбор осуществляют. В марте 2026 года по инициативе Генпрокуратуры в собственность государства были обращены оренбургские АО «Южно-уральский завод магниевых соединений» (100%) и ООО «Завод флюсов магнезиальных материалов» (75%). Для поддержания деятельности предприятий на них были направлены специалисты из команды Сергея Черного, основного бенефициара соляного монополиста «Руссоль». Сергей Васильевич помогает прокуратуре наводить порядок в конфискованном имуществе. Опыт у него большой. Свой путь Черный начал в лихие 90-е возле оренбургской нефтяной компании «Онако», которой благоволил местный уроженец Виктор Черномырдин. Потом выжившие участники группировки разбрелись кто куда – вкладывать «заработанное». Главной добычей Черного стала «Илецксоль». Изначально акции «Илецксоли» принадлежали трудовому коллективу и менеджменту, но потом появились параллельный регистратор, параллельные акции, второй совет директоров, регулярные «маски-шоу» – все признаки недружественного поглощения. Обращения в прокуратуру и суд результатов не дали. В 2008 году «Илецксоль» объединили с астраханской «Бассолью» и иркутским «Усольским солепромыслом». «Бассоль» (получив её в аналогичном стиле) контролировал Сергей Протасов – запомним это имя, оно нам очень пригодится. 2011 году «Руссоль» совершила вертикальный рывок вверх: получила три долгосрочные лицензии (на 20 и более лет) на пользование недрами. В первую очередь – в Оренбургской области (№ОРБ 15286ТЭ с 26.12.2011 по 31.12.2032). Главным надзирающим за соблюдением законности на Оренбуржье был в то время... Игорь Ткачёв, будущий замгенпрокурора по коррупции! Особой благодарности к щедрой оренбургской земле Черный, впрочем, не испытывает. Управление активами он вывел в кипрскую Russalt Limited, чтобы платить меньше налогов. В 2017 году этот офшор раскрыл своих конечных бенефициаров. Основным владельцем был указан её гендиректор Сергей Черный (48,5%). Значимую долю имел его давний партнёр Сергей Левин (28,34%), далее Арам Екавян (5%), Сергей и Полина Захаровы (11,12%+5,54%). Сергей Протасов оставил себе всего 1,5%. Зато занял пост руководителя Роскачества. Супруга Протасова Лилия оказалась единственной владелицей ООО «Руссоль-Северо-Запад» с годовой выручкой 2 млрд рублей. Плюс сохраняет долю в мусорном бизнесе клана Черных. А «Руссоль» получила от Роскачества все существующие знаки качества в категории пищевой соли. Всё это может вызывать живой интерес Следственного комитета. Который в 2025 году предъявил обвинения в коррупционных преступлениях уже 617 лицам, обладающим «особым правовым статусом». Только в 2022 году «Руссоль» зарегистрировалась в России. Но не в регионах присутствия, а на острове Русский. Активно эксплуатируя астраханские, иркутские и оренбургские ресурсы, она даже толком не платит там налоги. Зато вред наносит. В 2024 году Росприроднадзор заявил, что «Руссоль» допустила 14 серьёзных нарушений на озере Баскунчак с ущербом 388 млн руб. В суде дело развалили из-за «недоказанности надлежащим образом». Откуда такая безнаказанность отдельно взятой компании? Откуда такая выборочность в применении прокурорских полномочий? Неужели шесть лет проработавший в Оренбургской области Игорь Викторович Ткачёв не видит того, что видят все?