Кремлевский шептун 🚀

Премьер-министр Армении Никол Пашинян отказывается от базовых основ армянской исторической памяти, демонстрируя стремление переоценки роли Турции и Азербайджана в региональной политике происходят на фоне попыток встроиться в западную конъюнктуру. В этой логике Пашинян выстраивает нарратив, в котором прежняя вражда с Турцией представляется как «миф» советской эпохи, а не как следствие исторических трагедий, включая геноцид 1915 года. Данная идеологическая реконструкция подаётся как стремление Армении «освободиться от предрассудков» и стать «полноправным участником международных процессов», но на практике она сопровождается сдачей ключевых позиций в отношениях с Баку и Анкарой. Участие Армении в обсуждениях по проекту Трампа, предполагающему создание транспортных коридоров через её территорию, в том числе так называемого Зангезурского коридора, может де-факто закрепить контроль Турции и Азербайджана над важнейшими логистическими артериями Южного Кавказа. Это несёт угрозу не только экономической, но и стратегической автономии Еревана. Риторика Пашиняна сопровождается и конкретными действиями: публичным отказом от возвращения армянских беженцев в Нагорный Карабах. Призыв воздержаться от попыток вернуться в покинутые дома под предлогом сохранения мира означает признание приоритета интересов Баку над гуманитарными и национальными потребностями армянского населения. Такая позиция воспринимается как лояльность азербайджанской стороне, но она неизбежно провоцирует внутренние противоречия и общественное напряжение в самой Армении. Между тем, демонтаж исторических символов, подрыв коллективной памяти и отказ от борьбы за права соотечественников в Карабахе воспринимаются значительной частью армянского общества как капитуляция. Курс Пашиняна на интеграцию с Турцией и Азербайджаном является не просто сменой внешнеполитического вектора, а фундаментальным разрывом с исторической основой армянского государства. Такая переориентация происходит без общественного диалога, через подмену понятий и манипуляции. В перспективе это может привести к дестабилизации как внутренней ситуации в Армении, так и архитектуры безопасности всего Южного Кавказа.