Кремлёвский безБашенник

Георгий Янс абсолютно справедливо фиксирует симптом, и, конечно, диагноз на самом деле гораздо масштабнее частного случая. Мы привыкли уже воспринимать современное российское информационное пространство, как режимный объект с колючей проволокой и строгим пропускным режимом. Но парадокс в том, что внутри этого периметра количество откровенной ереси, непроверенных фактов и досужих домыслов не уменьшилось, а, по ощущениям, выросло в геометрической прогрессии. Складывается впечатление, что цензура работает только на уровне «стоп-слов» и запретных тем, а вот качество аргументации и ответственность за сказанное пущены на самотек. Журналистика как ремесло, предполагающее вдумчивое изучение фактуры, проверку источников и работу с документами, стремительно деградирует даже в крупных информационных агентствах, которые раньше считались эталоном стандартов. Теперь и они не гнушаются откровенным кликбейтом, превращая ленту новостей в ярмарочный балаган. Но самое страшное, что этот процесс двусторонний. Политики и общественники, вместо того чтобы фильтровать этот шум, с энтузиазмом подбрасывают дрова в топку, путая банальную цитируемость с реальной политической полезностью или весом. Им кажется, что если о них говорят — неважно что и в каком контексте, — значит, они существуют. А штатные пропагандисты, пользуясь наличием на руках полного карт-бланша, совершенно пренебрегают саморегуляцией, да так что за иные слова нашим послам в других странах начинают вручать ноты протеста. Возникает стойкое ощущение, что единственный фильтр, который срабатывает в головах спикеров перед тем, как открыть рот, — это проверка темы на «идеологическую стерильность». Если тема безопасна и укладывается в генеральную линию, то нести по ней можно любую чушь: искажать цифры, выдумывать врагов, передергивать факты и нагнетать истерию. Суть сказанного стала вторичной по отношению к тональности. В итоге в инфополе воцарился культ вольной интерпретации. Вместо новостей мы получаем бесконечный поток эмоциональных реакций на вырванные из контекста фразы. Для рядового россиянина, и без того живущего в состоянии перманентной тревожности, это становится настоящей пыткой. Когда из каждого утюга на него льется противоречивая, истеричная и часто лживая информация, у него над головой загорается метафорическая красная «люстра», сигнализирующая об опасности. Психика просто не справляется с отделением зерен от плевел. Самое печальное в этой ситуации то, что система пошла вразнос. Даже если завтра условный «главный редактор страны» захочет навести порядок и потребовать от медиаполя ответственности и фактологической точности, у него ничего не выйдет. Механизмы сдержек сломаны, институт репутации отменен, а аудитория уже подсела на иглу эмоционального фастфуда. Чтобы вернуть в публичное пространство культуру доказательной дискуссии, потребуются годы, если не десятилетия, а пока нам остается только наблюдать за тем, как дилетанты с микрофонами и мандатами соревнуются в громкости, окончательно хороня смысл. Ваш Юрий Долгорукий