Юрий Кот - Быть добру!

Моя жена мечтала, чтобы я стал ещё и детским писателем. А поскольку мужчина, ведя женщину под венец, обещает, в том числе, и воплощать в жизнь её мечты, я не раз пытался сочинять про зайчиков и птичек. Но всякий раз получалось совсем не детское. Пример тому – эта история про Муху. МУХА ПО ИМЕНИ ЛЕРА Муха по имени Лера Подругам служила примером. Одета изысканно модно, Держалась она благородно. К тому же у Мухи, у Леры Прекрасные были манеры! Ах, Лера! — шептали ей вслед, — Милей насекомого нет! Летала она по планете, Бывала на каждом фуршете, Шампанское там допивала, На дно опускаясь бокала, И корочку с чёрной икрою Ночной доедала порою. Ах, Лера! — вздыхали ей вслед, — Милей насекомого нет! А как образованна Лера! Бодлера, Пастера, Гомера Портреты она засидела, Искусство любя без предела, И сорок томов Мураками Она исходила ногами! Ах, Лера! — шептали ей вслед, — Умней насекомого нет! Конечно, красавицу Леру Встречали кругом кавалеры. Они от волненья дрожали, Стихи восхищённо жужжали: «Возьмите и сердце, и руку! Мне жизнь без вас — только мука!» Ах, Лера! — вздыхали ей вслед. Но слышали гордое «Нет!» Один кавалер неугоден, Поскольку он был беспороден, Второй левым глазом чуть косит, А третий был просто несносен. К тому же, по мнению Мухи, К искусству они были глухи. «Ах, Лера, примите букет!» Но слышалось гордое «Нет!» Любил нашу Леру до боли Комарик по имени Коля. Как лапки к груди прижимал он! Однако же ростом был мал он, И хоть был он смел и отважен, Костюм его был не отглажен. «Ах, Лера! Вы в мире одна!» Но Лера была холодна. И в мухином холоде этом, Без ласки, тепла и привета, Комарик замёрз и не дышит, И крылышком он не колышет. Осталась у Лерочки льдинка, В ней Коля лежал в серединке. Ах, Лера, ах, Лера, ах, Лер… Не слишком ли много манер? Года пролетели как мушки, И Лерочка стала старушкой. Шампанским её не встречают, Мечтая о чашечке чая, Ползёт по столу одиноко, Вздыхая: «Судьба так жестока!» И хоть бы словечко ей вслед! Но нет. Никого рядом нет. И как-то за томом Вольтера Бродила усталая Лера, Сухая как хлебная крошка, Но вдруг ослабели все ножки, Закрылись прозрачные веки, И Лера уснула навеки. Ах, Лера! Простыл её след. Зачем ты являлась на свет? Лишь горькое эхо в ответ: «Глупей насекомого нет…»