Алексей Копытько

В ближайшее воскресенье, 25 октября состоится второй тур выборов президента Бразилии, где по итогам первого раунда небольшое преимущество над «левым» президентом Лулой да Сильвой (45,16%) имеет сын экс-президента Жаира Болсонару – Флавиу (47,03%). Разрыв – порядка 2,2 млн голосов. Формально – ещё ничего не решено, но шансы на победу Болсонару высоки. Ожидается, что, как и его отец, Флавиу Болсонару более ориентирован на США в балансе отношений с Китаем и в целом внутри БРИКС. Независимо от финала выборов президента Либеральная партия Болсонару укрепила позиции в обеих палатах парламента Бразилии и на уровне губернаторов штатов (хотя левые достаточно представлены). Т.е., Бразилия «поправеет», вопрос – насколько? Итого. В ноябре США потенциально могут довести уровень лояльности Южной Америки до максимально победной величины. Почему это важно? Мы привыкли оценивать всё через нефть. Поэтому в фокусе Венесуэла, Гайана и т.д. За пределами нашего кругозора остаётся, например, формирование «большого медно-литиевого треугольника» Аргентина-Чили-Боливия, к которому подтягивается Перу. Медь и литий – это новая энергетика, дата-центры и вот это всё. Поэтому США будут принимать меры к обеспечению контроля над этими ресурсами и ослаблению присутствия Китая. Что получается? Если безэмоционально записать в столбик. 3. БОльшую часть первого года своей каденции Трамп и его группировка посвятили концентрации власти. В ноябре 2025 г., было официально артикулировано видение курса, которым Трамп будет двигаться. А именно – утверждена стратегия национальной безопасности США. Там очень чётко были сформулированы в т.ч. такие приоритеты: • контроль над западным полушарием (обновлённая «доктрина Монро»), вплоть до физического удаления посторонних. Ибо военная безопасность, миграция, преступность, наркотики и т.д.; • сохранение технологического лидерства США (ИИ, квантовые вычисления, биотехнологии, космос и др.); • демонтаж ЕС и переход к сотрудничеству с лояльными странами, в которых надо помочь прийти к власти близким по духу силам. Всё это сопряжено с общим курсом на сдерживание Китая. Прошёл год. Гладя на западное полушарие, можно констатировать, что: • в Центральной и Южной Америке у администрации Трампа в целом получается. Если в Бразилии победит Болсонару, ЮА можно будет однозначно записывать в актив. • стычки с Канадой, Мексикой и вокруг Гренландии прорыва не обеспечили и серьёзно испортили публичную картину, поэтому их пока заминают. Но до финала там далеко. В Европе косвенный латиноамериканский успех с высокой вероятностью будет закреплён после смены левого правительства Педро Санчеса (ненавистного Трампу). В этом контексте интересно, как 4-5 ноября в Мадриде пройдёт Иберо-американский саммит (22 испано- и португалоговорящих страны Европы и Америки), где уходящая «левая» власть Испании окажется в кругу оппонентов. Европа сама по себе находится под давлением. Рост популярности правых и «национально ориентированных» сил укладывается в рамку, обозначенную год назад в стратегии нацбезопасности США. Если оглянуться, то год назад примерно в это же время США ужесточили санкции против «Роснефти» и «Лукойла». Потом был ряд выгодных Трампу перемен во власти в ЦА и ЮА. Затем умыкнули Мадуро. И уже 10 месяцев американские компании тихонечко копошатся в недрах Венесуэлы, а заодно и Гайаны. Заметные результаты ожидаются в 2027 году. Т.е., если отбросить театральные эффекты, то администрация Трампа во внешней политике более-менее последовательно двигалась намеченным курсом, пока не застопорились в Персидском заливе. Результаты войны с Ираном – достаточно многогранны, их нельзя расценивать исключительно как «поражение». Это упрощение. Можно сделать вывод, что 1) произошло выпадение из графика; 2) война стала непопулярной и негативно влияет на внутреннюю повестку. Хотя для целого ряда американских отраслей есть очевидные бонусы и задел на будущее.