Как математик из Ленинграда перевернул русский перевод. Виктор Лапицкий окончил матмех ЛГУ, защитил кандидатскую по физико-математическим наукам. Его первый опубликованный перевод появился в 1979 году — роман Бориса Виана «Пена дней». «Переводчик-первопроходец» в контексте позднего СССР — это человек, который брался за то, что официальное издательство никогда бы не напечатало. Лапицкий «первым» перевел на русский язык: — Жюльена Грака; — Антонена Арто; — Жоржа Батая; — Мориса Бланшо; — Реймона Русселя; — Жака Лакана; — Ролана Барта; — Жака Деррида; — Эммануэля Левинаса. Это люди, которые изменили лицо французской философии и литературы XX века. И русскоязычный читатель узнал о них во многом благодаря Лапицкому. Причем узнал не через «адаптированные» версии, а в переводе, который сохранял всю сложность и радикальность оригинала. Центральная часть этой истории — легендарный самиздатский журнал переводов «Предлог». В середине 80-х Лапицкий стал одним из ключевых участников этого проекта. «Предлог» являлся рупором неподцензурной литературы. В то время как официальные издательства штамповали соцреализм, в «Предлоге» печатались тексты, от которых у советского читателя сносило крышу. Беккет, Баллард, Бланшо — все это распространялось через самиздат, перепечатывалось на машинках, передавалось из рук в руки. Переводческий подход Виктора Лапицкого противоречит общепринятым нормам. Обычный переводчик — «невидимка»: он старается, чтобы текст читался как оригинал, чтобы вы забыли, что это перевод. Лапицкий делает наоборот. Он следует стратегии «форенизации»: сохраняет инородность текста, его «непереводимость», все странности исходного замысла. Он заставляет русский язык скрипеть, ломаться, подстраиваться под автора. В 2000 году Лапицкий получил премию «Андрея Белого». Формулировка: «за многолетнюю переводческую деятельность, сыгравшую исключительно важную роль в освоении отечественной литературой новейших философско-эстетических парадигм». Позже — премия Мориса Ваксмахера (2010) — награда за лучший перевод французской литературы на русский язык. В 90-е Лапицкий работал литературным экспертом в издательствах «Северо-Запад», «Азбука» и «Амфора» — и серьезно повлиял на их деятельность, уже не просто готовя переводы, а формируя портфель издательства. Словом, вся эта революция, весь огромный интерес к французскому постмодернизму, к деконструкции, к литературе «предела» в литературном процессе 90-х — здесь. В машинописных страницах «Предлога» и в человеке, который первым взялся за то, что считалось невозможным. #викторлапицкий