30 лет денонсации Беловежских соглашений Как КПРФ, не склонившись перед шантажом Ельцина, заложила правовой фундамент возрождения нового Союзного государства 15 марта 1996 года останется в истории как день, когда парламентская воля и мужество коммунистов бросили вызов преступному ельцинскому режиму. В тот день Государственная дума по инициативе фракции КПРФ приняла два судьбоносных постановления: о денонсации Беловежских соглашений и о юридической силе референдума 17 марта 1991 года, на котором 76% советских граждан высказались за сохранение единого Отечества. Этим решением Дума объявила юридически ничтожными документы о развале СССР, совершённом кучкой политиков-предателей в лесной глуши Беловежской пущи вопреки воле народов. И цена этого документа, проведённого КПРФ через Думу, оказалась невероятно высока. КПРФ выстояла под ударом кремлёвской машины Ельцин ответил на денонсацию Беловежских соглашений не обращением в Конституционный суд и не дискуссией в парламенте своих сторонников — ответил автоматчиками, собаками и блокированием «коммунистической» Думы. В ночь на 16 марта 1996 года здание Госдумы было взято в кольцо спецназом. Президент Ельцин подготовил три чудовищных указа: о роспуске парламента, о запрете КПРФ и об интернировании — фактически аресте без суда — сотен и тысяч активистов и руководителей Компартии. Лидер КПРФ Геннадий Зюганов впоследствии писал: «Мне в четыре утра позвонил высокопоставленный военный и сказал, что силовикам отдали приказ занять Думу. Это будет хуже и опаснее 93-го года. На этот раз армия расколется». В те страшные часы КПРФ проявила подлинную политическую волю. Ни угроза запрета партии, ни перспектива тюремных камер не заставили коммунистов отступить. Зюганов по личным каналам поднял всех: от руководителей Совета Федерации до московского мэра, лояльных Конституции силовиков и ответственных политиков. Он убеждал, договаривался, требовал не допустить новой бойни, которую готовился развязать Ельцин. И победил! Министр внутренних дел Анатолий Куликов, Генеральный прокурор Юрий Скуратов и глава Конституционного суда Владимир Туманов явились к Ельцину и предупредили, что разгон парламента, отмена выборов и запрет КПРФ ввергнут страну в гражданскую войну. Аргументы силовиков и, главное, несгибаемая позиция КПРФ, опиравшейся на поддержку миллионов, заставили Ельцина отступить. Указы были разорваны. А сам Ельцин вынужден был сквозь зубы процедить: «Передайте Зюганову, чтобы он на бэтээре на работу не ездил». По данным ВЦИОМ (22—27 марта 1996 года), решение Думы о денонсации «безусловно положительно» и «скорее положительно» оценивали 30% россиян, а «безусловно отрицательно» — только 19%. 30% затруднились с ответом. Юридическое бессмертие СССР и современная Россия КПРФ не просто выстояла. Она оставила мощнейшее юридическое оружие — правовой акт, который не имеет срока давности. Постановление Госдумы 1996 года де-юре подтвердило, что Советский Союз распущен незаконно, ибо воля народов, выраженная на референдуме, выше любых закулисных сговоров. Сегодня, спустя десятилетия, даже представители нынешней власти вынуждены признать этот факт. На Петербургском международном юридическом форуме 2025 года советник президента РФ Антон Кобяков заявил: СССР юридически не прекращал существования, поскольку его ликвидация была проведена с грубейшими нарушениями. Его поддержал председатель Ассоциации юристов России, экс-премьер Сергей Степашин. О чём это говорит? О том, что усилия КПРФ в марте 1996 года не пропали даром. Именно на признании юридической силы референдума 1991 года сегодня строится вся политика воссоединения русских земель... ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ