Фёдор Овчинников рассказал «Родине», зачем уехал в тундру и что понял о жизни без интернета Основатель «Додо Пиццы» Фёдор Овчинников, который с двух лет жил в Сыктывкаре, дал большое интервью журналу «Родина». Поводом стала его необычная экспедиция: после ухода из компании в 2023 году он отправился на Ямал и почти пять месяцев кочевал вместе с ненецкой семьёй, пройдя по тундре около 730 километров. Овчинников подчёркивает: это была не спонтанная «блажь миллионера» и не попытка «перезагрузки» из-за выгорания. По его словам, к поездке он готовился больше года — и технически, и морально: подбирал экипировку, искал людей, которые согласятся принять его в кочевье. О своих планах он почти никому не говорил, даже партнёрам по бизнесу. В интервью он объясняет, что главным мотивом стало желание «сломать предопределённость» собственной биографии. Успех, который со стороны выглядит как сказка — старт «в подвале в Сыктывкаре» и путь до компании с миллиардным оборотом, — внутри со временем превратился в колею, где прошлое слишком сильно определяет настоящее. Экспедиция в тундру, по его словам, была способом расширить границы возможного и снова почувствовать себя «учеником», который ничего не умеет и вынужден учиться заново. Самым тяжёлым оказалось не физическое испытание, а резкая тишина: отсутствие привычной информационной повестки, связи и интернета. Он признаётся, что в начале пережил сильный стресс, вплоть до панических атак. В чуме — общая лежанка, теснота, необходимость беречь тепло, потому что внутри могло быть до минус 15, а снаружи — значительно холоднее. Постепенно он принял правила новой реальности и понял, насколько иначе устроена жизнь людей, которые зависят от погоды и природы, а не от календаря и новостей. Много места в разговоре занимает тема «ценности тепла» и самого быта ненцев. Овчинников отмечает их невероятную выносливость и спокойную, несуетливую манеру делать всё «с умом», чтобы не терять тепло и силы. Он рассказывает, что современная «городская» одежда в тундре часто проигрывает меховой, а сама жизнь учит экономить ресурсы — от движений до еды. Отдельно он говорит о том, что ненцы, в отличие от многих коренных народов, сумели сохранить кочевой уклад и при этом не превратиться в «этнографический аттракцион»: они берут из цивилизации то, что нужно (снегоходы, связь, солнечные батареи), но остаются собой. Социальный статус гостя для них не важен: в тундре он оказался «никем», и, по признанию Овчинникова, именно это стало одним из главных уроков. В интервью есть и детали, которые запоминаются: у ненцев, по его словам, нет привычного нам «спасибо», потому что помощь считается нормой; часто звучит слово «терпеть» — так описывают надёжность вещей и способность выдерживать условия. Он вспоминает и семейную историю: отец, журналист из Коми, ещё в детстве привил ему интерес к экспедициям и Северу. С тундрой Овчинников вернулся не один: он привёз собаку по кличке Сэвок — ненецкую оленегонную лайку, которая в какой-то момент выбрала его своим человеком. Теперь пёс живёт в Москве, а сам Овчинников говорит, что его снова тянет на Север. Он планирует завершить фильм о поездке (рабочее название — «147 дней в тундре») и считает, что это будет история не столько про экзотику, сколько про внутреннее путешествие. Также он хочет вернуться в тундру уже с сыном, чтобы показать подростку жизнь, где всё устроено иначе — без «нарезки времени» на дедлайны и без ощущения, что мир заканчивается за пределами экрана смартфона. @KomiLeaks