Колоколъ

Не дождавшись жену с работы, Шурик с утра побежал в милицию. Взволнованный и обеспокоенный рассказал дежурному, что случилось. Точик-милиционер выслушал его и махнул рукой. "Загуляла твоя жена. Трахается где-то с каким-то алкашом. Иди отсюда". Шурик возмущался, доказывал что Ленка не такая. Пришел какой-то чин, выше по званию, сказал что "все такие, и мать твоя такая же, пошел вон отсюда". Шурик продолжал протестовать и требовал принять заявление, но время поджимало. Надо было идти на работу. Жена женой, но Шурику надо было идти и лечить точиковских детей. Творить блага, пока его жена валялась в кустах, на потеху точиковской детворе, обнаруживших ее по утру. Юные бободжоны со всего района бегали посмотреть на "дохлую русскую". Рассматривали ее грудь, половые органы, тыкали палкой в разорванный анус. Хохотали и веселились. После обеда приехали милиционеры на бобике, брезгливо осмотрели труп, составили протокол. Потом прибыла труповозка. Два уставших должиджона закинули ленку в машину, как мешок с костями и один пожаловался другому: "когда уже это все кончится, я так устал собирать эту русскую падаль по всему Душанбе". Второй долдижон тоже устал и поэтому лишь сокрушенно вздохнул. "Когда их уже убьют всех?" - продолжал возмущаться первый. Вечером Шурику позвонили. Ни здрасьте, ни насрать, просто сказали приезжать и "забирать свою". Назвали адрес. Шурик заплакал, собрался и поехал в морг. Так закончилась история одной из сотен тысяч семей, отправленных сатанинской властью "империи наоборот", на растерзание зверям с окраин совковой ойкумены. Ольга Владимировна и бородатый милиционер оказались, конечно, удачливее и смышленней. История Ленки и Шурика кончилась, а вот историю юного Бободжона только начиналась. Через десять лет юный Бободжон переедет в Россию. Здесь он, со временем, станет уважаемым человеком, основателем общественной организации "Союз российских патриотов Точикистона" и муниципальным депутатом в Свердловской области.