«Долг» Сарвара Каримова (Узбекистан), может быть, и не поражает особыми режиссёрскими находками, зато крайне познавателен и поучителен для замера социальной температуры современной узбекской махалли. Каримов довольно безжалостно препарирует социум, распрощавшийся с социалистическим укладом жизни и адаптирующийся к новым ценностям и устоям. Постсоветское руководство Узбекистана проявляет недюжинную изобретательность в попытке сдерживать ползучую исламизацию, и в этом плане автор фильма-притчи «Долг» о приоритете долга морального, общечеловеческого перед долгом религиозным, долгом традиции расставляет акценты очень точно. Деревенский пожилой мастер-работяга много лет копит деньги, чтобы осуществить мечту и выполнить долг каждого правоверного мусульманина - вместе с женой совершить хадж в Мекку. Его преуспевающие в Ташкенте дети пытаются ему посильно помочь. Но внезапно тяжело заболевает лучший друг героя, и дед объявляет семье, что Аллах велик, терпелив и благодетелен и не осудит его, если он отдаст всё накопленное больному, отодвинув паломничество на потом. Вопреки ожиданиям, понимания среди близких дедушка не находит, и это, по мнению режиссёра Каримова и по нашему мнению тоже, симптом глубокого общественного нездоровья. В традиционном обществе хадж - дело не только личное и даже не семейное. В сегодняшнем Узбекистане не бывает так - накопил денег и поехал (деньги, к слову, немаленькие: по самым скромным прикидкам, 84 миллиона сумов на одного паломника - 600 тысяч российских рублей). Чтобы стать хаджи, нужно получить квоту, а их распределяют хокимияты - такая вот борьба с исламизацией путём огосударствления ислама. Деньги ищут всем районом, со сложной системой взаимозачётов. Ещё одна болезненная тема, обыгранная в фильме - влияние гаджетов, соцсетей, интернет-технологий на архаичное, закоснелое общество. Недоброжелатель героя выложил в интернет видео, где тот по-отечески обнимает осиротевшую дочь своего умершего друга, добавил похабный комментарий, и по полной включился механизм коллективной травли. Завирусившийся ролик сломал жизнь одним и отнял у других. Неприятный привкус, сопровождающий узбекистанский постсоветский кинематограф - ощутимый налёт антисоветизма. Главный герой-праведник высокомерно-презрительно общается с пожилым коммунистом по имени Мэлс - мол, мечети закрывал и весь прочий привычный набор обвинений, а когда тот приходит с советскими наградами на лацкане пиджака, бросает ему «Сними цацки!»