⬆️⬆️⬆️ Это вовсе не означает добровольного отказа правящих классов Америки от глобальной роли. Но это означает изменение политической психологии элиты. Украина постепенно перестаёт быть для значительной части американского истеблишмента символом борьбы за мировой порядок. Она всё чаще рассматривается как один из многих внешнеполитических сюжетов, конкурирующий за внимание с Тайванем, Ближним Востоком, внутренними бюджетными проблемами и растущим соперничеством с Китаем. Бюджет — это ведь ежегодный плебисцит доверия любой внешнеполитической стратегии, а любая война рано или поздно становится вопросом не только военной, но и бюджетной устойчивости. И если генералы выигрывают сражения, то министры финансов решают, сколько еще этих сражений государство способно оплатить. Именно поэтому смерть Линдси Грэма имеет скорее символическое, чем институциональное значение. Конечно, она вряд ли отменит помощь Украине завтра и не изменит автоматически американскую внешнюю политику. Но она делает ещё на одного человека меньше среди тех, для кого поддержка Киева была частью собственной политической биографии, а не просто исполнением служебных обязанностей. Иногда такие изменения становятся заметны не сразу. Лишь спустя годы выясняется, что вместе с уходом одного человека или группы людей закончилась целая политическая эпоха. Государства редко меняют свою политику из-за смерти одного человека. Но они почти всегда меняют её тогда, когда уходит поколение людей, для которых эта политика была делом личной убежденности или – тем более – личной выгоды. Похоже, именно такой процесс сегодня начинается в Вашингтоне. Саид Гафуров – член Центрального совета Независимого профсоюза «Новый труд», доцент МГЛУ и РГСУ. https://iz.ru/2131193/said-gafurov/posle-grema