kolobok1973

Саид Гафуров - После Грэма: изменится ли политика США в отношении Украины? Смерть сенатора Линдси Грэма заставляет задуматься не столько о судьбе одного – как бы ни относиться к его бандерофилии - американского политика, сколько о более важном вопросе: насколько вообще внешняя политика Соединённых Штатов зависит от конкретных людей? В российском общественном мнении и рунете Грэм давно стал символом наиболее жёсткой линии в отношении нашей страны. Его заявления регулярно цитировали российские СМИ, а его имя превратилось почти в нарицательное обозначение американского «ястреба». Поэтому естественно, что многие поспешат сделать вывод: ушёл один из главных сторонников киевского режима — значит, поддержка Украины ослабнет. Думаю, всё одновременно и проще, и сложнее. Было бы ошибкой считать, что именно Линдси Грэм определял американскую политику. Внешняя политика США формируется не одним сенатором, а сложной системой институтов, интересов и центров влияния. Военно-промышленный комплекс, разведывательное сообщество, Государственный департамент, Белый дом, Конгресс, центральные и региональные партийные аппараты и республиканцев, и демократов — все они сохранят свои позиции независимо от того, кто займёт место сенатора от Южной Каролины. Но было бы не меньшей ошибкой утверждать, что ничего не произошло. Политика никогда не бывает полностью безличной, и любая государственная машина работает через конкретных людей, обладающих авторитетом, связями и способностью убеждать. Именно такие политики превращают абстрактные государственные интересы в реальные решения. Линдси Грэм был одним из них. Он принадлежал к поколению американских политиков, сформировавшихся ещё в эпоху холодной войны, для которых активное вмешательство Соединённых Штатов в мировые дела было не просто инструментом политики, а чуть ли не «нравственным долгом» Америки. Именно поэтому Грэм столь последовательно поддерживал Киевский режим, столь часто приезжал на Украину и столь активно убеждал своих коллег продолжать помощь. Его влияние заключалось не только в голосовании в Сенате. Он выполнял куда более важную функцию — постоянно удерживал украинскую тему в центре американской политической дискуссии, умея превращать украинскую проблему в проблему внутренней американской политики. А это удаётся далеко не каждому. Среди республиканцев проукраинское лобби, безусловно, сохранится, но его наиболее активная и публичная часть, почти наверняка, станет слабее. Линдси Грэм был не просто сторонником помощи Киеву — он был одним из немногих политиков, готовых постоянно превращать украинскую тему в элемент внутриполитической повестки США и убеждать в необходимости новых ассигнований даже скептически настроенных однопартийцев. Заменить подобную фигуру непросто. Тем более что внутри Республиканской партии постепенно усиливаются позиции политиков, считающих главным приоритетом внутренние проблемы США и требующих более жесткого контроля за любыми внешними расходами. Поэтому уход Грэма, скорее всего, не изменит курс республиканцев одномоментно, но ускорит уже начавшийся процесс постепенного снижения эмоциональной и политической вовлеченности партии в украинскую повестку; Грэм не был причиной процесса, но его смерть может ускорить уже существующую тенденцию. Поэтому главная потеря Киева — не один голос в Сенате, а исчезновение одного из самых опытных политических посредников между украинским руководством и американским истеблишментом. ⬇️⬇️⬇️