kolobok1973

⬆️⬆️ Но если ни один кандидат не наберет большинства, во втором туре в игру вступают все. Делегаты с императивным мандатом обретают свободу выбора, и к ним присоединяются суперделегаты. Именно тогда победителем может стать неожиданный кандидат, а партийный истеблишмент (прежде всего региональные партийные боссы) через торг с кандидатами получает очень неплохой шанс переписать волю избирателей. Трампизм без Трампа: Битва за наследие Для республиканцев ключевой вопрос: кто сможет удержать коалицию Трампа. Пока главным претендентом считается Джей Ди Вэнс. Трамп публично называл его своим преемником, а Илон Маск предсказывает, что Вэнс будет у власти два срока. Вэнса поддерживает большинство региональных партийных функционеров (чуть ли не две трети), он олицетворяет новое, экономически протекционистское и националистическое крыло трампизма. Однако его позиции небесспорны. Рейтинг Вэнса среди широкого электората нестабилен. Трамп также упоминал других возможных кандидатов – например, госсекретаря Марко Рубио. Нельзя сбрасывать со счетов и Дональда Трампа младшего, который может составить конкуренцию на праймериз. Но у хозяев жизни в Вашингтоне или Нью-Йорке может быть альтернативное мнение. Для «провинциальных аппаратов» – базы Трампа – кандидат должен быть «своим», а не ставленником вашингтонского истеблишмента. Вэнс пока воспринимается в штатах как свой, но борьба за этот ярлык только начинается. Фактор Маска: Третья сила или спойлер? Илон Маск объявил о создании «Партии Америки» и планирует участвовать в выборах в Конгресс в 2026 году и в президентских в 2028-м. Многие эксперты считают, что это может стать катастрофой для республиканцев. Новая партия отберет голоса умеренно-консервативных избирателей, уставших от крайностей, но не готовых голосовать за демократов. История показывает, что третьи партии в США обречены на провал или роль спойлера (как Росс Перо в 1990-х). Чтобы реально победить, нужно сломать двухпартийную систему, что требует колоссальных ресурсов, которых у Маска пока нет. Однако даже в роли спойлера он способен решить исход выборов. Демократы: в поисках новой идентичности У демократов своя «битва аппаратов». После ухода Байдена и поражения Камалы Харрис партия ищет новое лицо. Пока главным фаворитом считается губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом, который активно критикует Трампа и наращивает популярность. Однако перед партией стоит дилемма: снова сделать ставку на прогрессивную повестку Калифорнии и Нью-Йорка (рискуя проиграть в «ржавом поясе») или пойти по центристскому пути. В кадровом смысле это означает – сможет ли национальное руководство навязать свой выбор региональным партаппаратам (или появится новый антисистемный кандидат вроде Берни Сандерса). У прогрессивного крыла есть яркая фигура – Александрия Окасио-Кортес, способная мобилизовать молодежь. У умеренных – губернаторы «колеблющихся» штатов: Гретхен Уитмер (Мичиган) или Джей Би Прицкер (Иллинойс), которые могут привлечь независимых избирателей. Выбор между этими векторами и станет содержанием внутрипартийной войны. Что мы увидим в 2028-м? Речь идет о радикализации и фракционности самих партийных систем. Обе партии раскалываются на враждующие группы, что делает их менее управляемыми с «Берега», фактический (на деле – теневой) содержательный механизм выдвижения кандидатов в президенты, то есть реальная власть уходит в столицы штатов. Более того, нельзя исключать движения США к модели «конкурентного авторитаризма», где выборы формально есть, но они нечестны из-за административного давления и контроля над информационным полем. История США знает множество примеров такого развития. Легитимность победы 2028 года будет оспариваться в любом случае. Возможны разные сценарии развития текущей остроконфликтной ситуации. Один из возможных – переход президентской власти от Дональда Трампа к другому кандидату от Республиканской партии. Несмотря на очевидные экономические проблемы, которые мы наблюдаем в последнее время, инерция трампистского движения и слабость Демократической партии создают благоприятные условия для того, чтобы республиканцы ⬇️⬇️