kolobok1973

Саид Гафуров Венгерский оперный театр То, что еще недавно казалось вялотекущим спором вокруг прав венгерского меньшинства на Украине, вылилось в блокаду поставок нефти и электроэнергии со взаимными обвинениями в шантаже. На кону — не только €90 млрд помощи ЕС, но и политическое будущее Виктора Орбана, а также, в какой-то степени, судьба европейского единства. Когда 27 января нефтепровод «Дружба», десятилетиями исправно питавший венгерскую и словацкую экономики, внезапно «занемог», в Будапеште и Братиславе эту «поломку» восприняли как хорошо отрепетированный спектакль. «Это не авария, это саботаж», — парирует Орбан, намекая на то, что вентиль перекрыли с вполне конкретной политической целью. В Брюсселе пока хранят молчание, но за кулисами уже слышен шепот: Европа в очередной раз оказалась заложницей трубопроводной войны, где взамен газа теперь нефть, а вместо коммерческих споров — геополитический шантаж. Но настоящий дипломатический фейерверк начался позже. Виктор Орбан, чья партия впервые за 16 лет рискует проиграть выборы 12 апреля, сделал то, чего от него ждали, но панически боялись, — заблокировал выделение Украине кредита в €90 млрд. Формально — по техническим причинам. Фактически — в ответ на нефтяную блокаду. Ответ Зеленского последовал мгновенно. И если раньше Киев старался соблюдать хотя бы видимость дипломатического этикета в общении с «капризным» Будапештом, то теперь маски сброшены окончательно. Лидер Украины публично пригрозил Орбану буквально физической расправой, пообещав «дать адрес» венгерского премьера украинским военным. Личная неприязнь между двумя лидерами стала мотором политического кризиса. Еще в январе Зеленский назвал Орбана Виктором, который заслуживает подзатыльник, а чуть позже, комментируя позицию Будапешта по выделению европейской помощи Украине, обвинил его в желании «нарастить собственный живот» за счет этих денег. В свою очередь, венгерский премьер окрестил действия Киева государственным бандитизмом, а Зеленского — политиком принципиально нового типа: «политик-инфлюенсер, политик-актер или, в конце концов, просто комик». Аналогичные перепалки наблюдаются и на уровне МИДов двух государств. Продолжилось всё в духе комедии положений: 5 марта 2026 года венгерские силовики задержали две инкассаторские машины украинского «Ощадбанка» с $40 млн, €35 млн и 9 кг золота. Семерых сотрудников доставили в Антитеррористический центр, заблокировав доступ украинских консулов. Венгрия возбудила дело об отмывании средств и потребовала объяснений от Киева: есть данные, что деньги связаны с «украинской военной мафией», «черной кассой» и «серыми схемами торговли оружием». Говорят, что с начала 2026 года через Венгрию на Украину могли переправить всего более $900 млн, €420 млн и 146 кг золота. 6 марта инкассаторов освободили и депортировали на Украину. Киев же обвинил Будапешт в «захвате заложников» и «ограблении». Чтобы понять истоки венгерской позиции, нужно заглянуть в глубь веков, когда Венгрия сталкивалась с великими империями: Османской, Габсбургской, Российской, а позднее — с СССР. Оказываясь на перекрестке чужих интересов, венгры всегда рассчитывали на западную помощь. Запад же каждый раз, восхищаясь мадьярским мужеством, рукоплескал венгерской свободе, но, когда доходило до янычар, богемских гренадеров или советских танков, предпочитал наблюдать со стороны. В итоге чувство обреченной покинутости укоренилось в исторической памяти мадьяр так же глубоко, как и любовь к свободе.И теперь, наблюдая, как Украина получает помощь, которой мадьяры были лишены в самые страшные свои дни, дает о себе знать своего рода психологическая травма. В Закарпатье десятки тысяч этнических венгров оказались заложниками политики. Будапешт финансирует венгероязычные школы, СМИ и культурные мероприятия, но украинское законодательство о языке носит «агрессивно-шовинистический характер», фактически отменяя культурно-языковые автономии. Поэтому выборы 12 апреля в Венгрии — это главная ⬇⬇⬇