Подходите, граждане, на базаре открылся новый ряд! Над ним вывеска The Tamizdat Review: свежий журнал критики о русских книгах, изданных за границей. За прилавком главный редактор Лев Оборин, поэт и критик с премией Андрея Белого в кармане фартука. Он выкладывает на весы товар сезона, книжки соседей по эмиграции, и торжественно объявляет: сейчас взвесим. Взвесили. Стрелка показывает шестнадцать. Табличка над рядом гордо кричит «Sixteen New Notable Books». А рядом, на ценнике, выведено: «Lev Oborin reviews 15 books». В боковом оглавлении та же рубрика на одних страницах «Fifteen», на других «Sixteen». Будто два продавца одного лотка поругались и теперь не разговаривают. Хозяин бежит в свой телеграм-канал и клянётся покупателям: «короткие рецензии на 15 тамиздатских новинок». Пятнадцать! А в кульке шестнадцать, хоть на пальцах считай, хоть на счётах. На саратовском рынке за такое уже звали бы директора. Только русская табличка молчит, как партизан на допросе. Никаких чисел, просто «новых заметных книгах, которые вышли за последние месяцы». Сколько вышло? Сколько надо, столько и вышло. Мудро, ничего не скажешь: не назвал цифру, значит, не обвесил. Партизан, кстати, самый честный продавец на этом рынке. Шестнадцатая книга, видимо, идёт в нагрузку, как банка шпрот к дефицитному сервелату. Бесплатно, по-соседски, сверх ценника. Покупатель доволен, продавец доволен, краснеют только весы. Но и это цветочки: здесь перевешивают даже людей. Сотрудница в редакционном вступлении значится как «Anna-Maria Guschina», а в оглавлении она уже «Maria-Anna». Переложили с левой чаши на правую, и никто не моргнул. Девушка, вы кто сегодня? Смотря на какой странице стоите. Вот вопрос, ради которого я вообще развернул этот кулёк. Журнал не может взвесить сам себя: ни книжки, ни сотрудницу, ни собственную рубрику. С каким лицом он собирается взвешивать чужие романы? Гири у них, выходит, с фантазией. Это не критика, а лавка, где сдачу дают стихами. Читать больше на сайте Книгосмотр