Три часа ночи, телемагазин. Ведущий с ровным загаром улыбается так, будто продал вам вечную жизнь. Это Андрей Васильев, российский фантаст и хозяин конвейеров «Файролл» и «Ученики Ворона». В рамке надрывается издательство РИПОЛ классик: «Смелый эксперимент… от одного из самых популярных авторов страны»! Товар дня — загробный цикл «Отель „Перекресток“», два тома. Герой, безработный москвич без имени, выходит «за хлебушком в соседнюю „Пятерочку“» и просыпается коридорным в отеле между жизнью и смертью. Здешние коридорные, по аннотации, решают, «кому быть, а кому нет». Любой продавец держит товар под крышкой до рекламной паузы. Васильев вскрывает коробку во второй главе: «— Мы мертвы! — громко произнес я. — Все». Главная тайна выпала на стол, как батарейки из пульта, и дальше два тома крутят пустую коробку под софитами. Ужасаться покойнику некогда, он показывает эрудицию: разбирается в мебели и сигарах и нежно вспоминает шницеля «с хрустящей корочкой». Соседка по заселению горюет о своём: «до хрена денег в пластику лица полгода назад зря ухнула». Данте спускался в ад через сумрачный лес, наш — через кассу самообслуживания. Мелкий шрифт из конца ролика Васильев вынес в начало и зачитал как присягу. В предисловии честно сказано: «тут будет очень много диалогов и размышлений, те, которые любители движухи, как правило, называют „водой“». Ведущий сам ставит на прилавок бутыль из-под крана и объясняет, что это размышления. Потом чистосердечное: «А, да. Штампы. Конечно же, они будут, причем в немалом количестве. Как мне без них?» И на закуску гарантия: «я не могу поручиться за то, что она вот прямо получилась-получилась». Парашют с биркой «за раскрытие не ручаюсь». Второй том открывается тем же талоном под копирку: «вода, вода, одна вода». Предупредили, да. Деньги всё равно взяли: сто девяносто рублей. После предисловия на сцену выходит Инна, напарница героя по коридорной службе. Она смотрит на свои руки: «Ужас!» Пауза. «Нет. Даже не ужас, а трагедия». Речь о ногтях. Леди Макбет тоже смотрела на руки, но там хотя бы была кровь. Аннотация обещала интриги и «тайные страсти», а герой сам сдаёт программу передач: «А мы уже три дня пинаем балду». Главное приключение тома — правила внутреннего распорядка, «невероятно увлекательный документ». Самый живой диалог эфира звучит на ресепшене, где сидит Гедрик, попугай отеля: «— Хитр-р-рец». «— Практик». А теперь суперприз. На складе забытых вещей лежат часы, колье и «несколько автоматических пистолетов». Барабанная дробь: управляющий отелем вручает герою награду за служебное рвение. Пистолет? Ну конечно. Маникюрный набор. Герой благодарит: «Вы только что подарили мне покой и тишину». Позвоните прямо сейчас, и ногти вашей мёртвой напарницы снова будут в порядке! Первым тридцати дозвонившимся пилочка в подарок. Брак на складе в комплекте: Аристарх Лаврентьевич, один из постояльцев, в первом томе ходит «Аристахом», а во втором становится «Лавреньтевичем». Человек умер, а паспортный стол над ним всё глумится. Больше миллиона знаков ушло на пролог к следующей серии. Рулон обоев, на котором забыли нарисовать узор. Рецензентка с irecommend сформулировала точнее аннотации: «напряжение ушло чилить». Ушло и не вернулось, как герой за хлебушком. Честно о хорошем: язык живой, разговорный. Сюжета при этом нет. Вердикт: 2 маникюрных набора из 10, пистолеты остались на складе. Бегущая строка уже обещает третий том. Звоните, линия свободна. Читать полностью на Книгосмотре