Мне обещали утерянного Дракулу, а выдали газету за полгода. В 2017-м британский таблоид Express трубил: найдена версия романа Брэма Стокера с «сексом и насилием», которую будто бы прятали от викторианцев. Глашатаем был Дакр Стокер, праправнучатый племянник писателя, а родственник плохого не посоветует. Я честно прочитал её по-английски. Полного русского перевода нет, и, дочитав, пробелом в нашей культуре это уже не назовёшь. Скорее иммунитет. Я ждал оргии в корсетах, а получил веки, которые подпирал до трёх ночи, как шахтёр крепь. Что это вообще такое. Летом 1899 года стокгольмская газета Dagen начинает печатать «Силы тьмы» — роман Стокера в шведской «обработке» от анонима, подписавшегося A—e. Слово «обработка» тут честное, как надпись на колбасе «продукт мясосодержащий». Сюжет знакомый: молодой англичанин едет в замок трансильванского графа. Только всех переодели. Джонатан Харкер, тот самый англичанин, стал Томасом, граф стал Мавросом Дракулицем, а безумца Ренфилда, жующего мух, выкинули: не влез в смету. У Стокера около 160 тысяч слов, у A—e около 300 тысяч. Это как сдать брюки в химчистку и получить назад брюки, пиджак и чужого дедушку. Первые главы, признаю, бодрые. Харкер шныряет по замку и тайком от графа бегает к вампирше-блондинке, как студент мимо вахтёрши. Кульминация обещанной запрещёнки: камень на «белой обнажённой груди», «жгучий поцелуй» в шею, «содрогание похоти и муки». Всё. Детей можно не уводить. Бабушку тоже. Дальше поцелуя никто не заходит, как на танцах в сельском клубе под присмотром завуча. Цензору тут резать нечего, уровень обложки дамского романа. Критик The Guardian Колин Флеминг, разглядывая исландский пересказ этого текста, предложил подзаголовок «Похоть в плаще», и точнее не скажешь. А под плащом у графа кафедра. Кровь своих жертв он не пьёт, зато возглавляет социал-дарвинистскую секту и твердит «мир принадлежит сильным». Лектор общества «Знание», которому по ошибке выдали замок и клыки. Ночью он рассказывает Харкеру, что в Лондоне раскрывают три-четыре процента преступлений, и млеет: «Yes, London is a wonderful city». Харкер «украдкой нащупал револьвер» — самое живое движение на сотни страниц. На сотой странице граф не пьёт кровь, на двухсотой опять не пьёт, и я начал подозревать, что вампир здесь я, раз так долго держусь без сна. Потом Харкер сбегает из замка, и вместе с ним сбегает роман. Детективы, графиня-вампирша Ида Варкони, секта, а связать всё это нечем, даже бечёвки нет. Я засыпал где-то между сыщиками и сектантами. И не я один. Рикард Бергхорн, шведский издатель, который этот текст и откопал, сам пишет: «sometimes verbose and monotonous, and full of threads that are left hanging». Многословный, монотонный, полный оборванных линий. И это ещё тост отца невесты. Он же полагает, что A—e платили за объём. Охотно верю: так раздувают текст только школьники перед сочинением. Пикантно, что тот же Бергхорн к 2022-му признал: ясных доказательств связи со Стокером нет. А биограф Стокера Дэвид Скал ещё в 2016-м припечатал: «unauthorized fan fiction». Неавторизованный фанфик, если по-русски. Шведские библиографы, между прочим, вносили эту публикацию в справочники с 1962 года. Она ни от кого не пряталась, мир просто зевал. Вот и весь потерянный шедевр: газетная простыня, нарезанная метражом, как обои, и брошенная недоклеенной. Кто такой A—e, не знают до сих пор. Я его понимаю: к середине мне тоже хотелось исчезнуть. Читать полностью на Книгосмотре