Плуг, Меч и Книга...

Они и не задумывались над тем, каким же образом смогут сопротивляться туркам в открытом поле, если не имели сил для того, чтобы отсидеться за стенами… Они насильно увели несчастных жителей…, предав дома огню». Думается, что правы оба хрониста. В многолюдном городе должно было хватать и тех, кто был готов рискнуть, чтобы не стать жертвами мести врагов. Естественно, что были и те, кто наивно рассчитывал, что им повезёт и мусульмане, как и ранее в 1144 году, взяв город, проявят снисхождение к христианам. Похоже, что решение франков идти на прорыв осады вместе с толпой горожан, было единственным способом спасти хотя бы часть осаждённых. В ночь на 3 ноября во втором часу пополуночи городские ворота открылись, и христиане бросились из города. Турки стремились блокировать выход из города и даже в какой-то момент захватили ворота. «В узком пространстве завязалась ожесточенная борьба, серьезная по своим последствиям для обеих сторон. Враг снаружи яростно пытался прорваться внутрь, но сила и решимость христиан в конце концов одолели их. Проход был открыт мечом ценой многих жизней с обеих сторон, и наши люди рассеялись по равнине» - записал Гийом Тирский. Христиане бежали на запад в сторону Евфрата к Самосате. Турки их организованно преследовали. Судя по всему, рыцари Жослена не поддались панике, и смогли сплотиться вокруг графа и пытались вести арьергардные бои, прикрывая бегущих горожан. Поэтому небольшой части эдессцев удалось спастись, присоединившись к отступающему войску. В их числе оказался епископ Василий. Епископу армян Иоанну повезло меньше. Он был схвачен и отвезён в Алеппо. «Постоянные бои и постоянная опасность сопровождали графа и его войско на всем пути туда. Почти на каждом шагу происходили сражения, то многочисленные, то отдельные, приведшие к большим потерям с обеих сторон. Там погиб тот благородный человек, о котором мы упоминали ранее, Бодуэн из Мараша, воин, отличавшийся своими боевыми подвигами», - сетует хронист. «Что касается Бодуэна, красивого, изящного юноши, стоявшего выше на голову всех своих современников и прославившегося в войнах, то он убит в этом несчастье, к сожалению, погибнув под стрелами и ударами меча», - вторит автор анонимной сирийской хроники. Тело Бодуэна так и не было найдено. Бои продолжались шесть часов, после чего франкские всадники, поняв, что не могут спасти жителей, обратились в бегство. Турки бросились за ними. Воспользовавшись этим, пехота франков, а с ней выжившие горожане, укрылись в близлежащей разрушенной крепости Кокеба. В итоге остаткам отступавших вместе с раненым графом Жосленом удалось достичь Самосаты. Днём 3 ноября Нур ад-Дин вошел в Эдессу и наказал все христианские конфессии массовой резней за их акт измены. Арабский биограф Нур ад-Дина Ибн аль-Адим спустя столетие запишет: «Нур ад-Дин разграбил и уничтожил Эдессу. Жителей взяли в рабство, а многих женщин отправили в качестве наложниц к разным мусульманским князьям на Ближнем Востоке. Эдесса почти опустела…». Это пишет араб. Михаил Сириец оставил более впечатляющие сцены зверств победителей: «…живые попали под свирепую руку турок, те, сняв с них одежду и обувь, заставили мужчин и женщин голыми, с завязанными за спиной руками, бежать рядом с их конями. Эти мучители пронзали тех, кто изнемог и валился на землю, и оставляли умирать на дороге. Так они становились добычей диких животных... Воздух был отравлен трупным смрадом». Так шестидневное правление франков в Эдессе окончилось чудовищной трагедией. Обезлюдевший город окончательно оказался во власти мусульман. Закончим этот рассказ словами Гийома Тирского: «В то время погибло и много других выдающихся людей, достойных памяти. Пусть их души обретут вечный покой! Их имена забыты, но несомненно записаны на небесах, ибо они умерли со славным концом ради веры и свободы народа Христова!»