Постмодернизм беспощаден
Котики и корона на голове Беллы Рапопорт
Думаю всякое По утверждению некоторых — мать русского феминизма Магистр социологии культуры Поддержать донатом: 2200701378639311 https://boosty.to/belkitz/donate
-
repost -
Носим рабочую одежду, чтобы подчеркнуть собственную праздность. Это не культурная, а какая — классовая апроприация, что ли? Причем даже ведь и не шибко богатые люди это практикуют, вообще уже непонятно, что они хотят продемонстрировать
-
Лайм, конечно, масс-маркет, а не люкс как прада, но это не значит, что у него нет цены и не только той, что на ценнике в магазине написана, и вот когда они, блогеры эти, такое пишут на голубом глазу, неужели ничего не закрадывается в голову, ни одна мыслишка?
-
repost В прекрасном мире победившего капитализма уже в принципе стало абсолютной нормой, что люди, непосредственно производящие дорогую одежду, никогда не смогут ее себе позволить (и ладно ее, просто жить комфортно и то не смогут, это залог существования всей системы), но когда отчуждение достигает такой степени, что происходит обсуждение некой рабочей одежды, которую нужно носить в свет, это уже выглядит как прямое издевательство. Мы так последовательно игнорируем связь между вещами и тем, что они не падают с неба прямо на условные прилавки продающего их бренда, что начинает иметь место какое-то двойное отрицание, мы так упорно производили пустые означающие, что случайно вывернули наизнанку реальность и показали ее
-
repost Тут и комментировать не нужно
-
Они еще гудят!
-
У них какая-то магия вне хогварца: пока людям их один раз не покажешь, они их не замечают, зато потом начинают видеть везде, в обсессию даже некоторую превращается, проверено на мне и еще нескольких людях
-
edited Это я еще про 5g вышки не начинала. Они меня вообще завораживают. Настолько массивные (иногда торчит на какой-нибудь крыше и сама высотой в пару этажей, часто их несколько на одной крыше) и безобразные конструкции, все разные, словно их в подвале кустарно из подручных материалов собрали, с этими коробками, обмотанными торчащими проводами, которые выглядят, как будто их вот-вот закоротит, смотрятся, как будто то ли вот-вот обрушатся нам на голову, то ли захватят планету и будут господствовать: из антиутопии они вышли или из произведения о воинственных космических пришельцах? И их предполагается поставить на каждом шагу ведь, иначе они работать не будут, вот постепенно они расползаются по тротуарам, по крышам, по стенам — зрелище удивительное и пугающее. Впервые вижу, чтобы технологии настолько не пытались придать хоть какой-то эстетичный вид: очевидно, предполагается, что ее функция идет впереди нее, они настолько необходимы в современном городе, что совершенно неважно, что весь их вид говорит: «этот город слишком мал для нас двоих, человечишка». Иронично, что, если абстрагироваться от маркетинга сотовых операторов, не очень понятно, зачем нужны и сами вышки, и 5g-связь, ведь интернет и без них очень быстрый, куда быстрее-то. И также иронично, что технология, которая должна помочь нам почувствовать, как же все легко и воздушно в нашем телефоне, настолько визуально (и не только визуально, конечно, потому что последствия воздействия этих волн не изучены до конца) отягощает все, что нас окружает, наконец, открыто демонстрируя цену всех облегчающих жизнь современных технологий. Надо только один раз присмотреться.
-
Также это разоблачает тезис, что в рыночных условиях все работают и всё работает лучше, тк, чтобы продавать, необходимо следить за качеством. Может, когда-то так и было
-
Это все отрывки, не по порядку, по порядку читайте в книге
-
Возможно, использованные для их постройки и отделки современные материалы смотрелись бы совершенно иначе в сочетании с подходящей им современной архитектурой, как, например, это происходит с бетоном; впрочем, керамогранит и сайдинг как идеальный постмодернистский материал будто специально созданы для того, чтобы изуродовать любую постройку. Это хорошо видно на примере части советских бетонных зданий, которые, вероятно, в свете представлений о неприглядности бетона, обшили «для красоты» глянцевым сайдингом, который, конечно же, еще и дешевле бетона. На их фоне советские модернистские дома посреди дореволюционных зданий, появившиеся как до, так и после длительного периода царствования сталинского ампира, выглядят вершиной современной архитектурной творческой мысли и эргономичности и потому смотрятся куда более уместно среди домов в стиле барокко, модерна и классицизма. Сталинский ампир создавался по тем же принципам подражания классике, но выглядит величественно и вписывается в ландшафт хотя бы за счет хорошего знакомства архитекторов с источниками вдохновения, понимания значений символов, осмысленного использования элементов декора и соответствия их назначению здания, а также других материалов и качества исполнения, не говоря об обилии зеленых насаждений. Однако здания социалистического модернизма за некоторыми исключениями воспринимаются как утилитарные постройки, не считаются сколько-либо ценными ни в историческом плане (хотя ленинградский период — это важнейший период истории города), ни в плане архитектурных достоинств, не охраняются и либо медленно разрушаются, либо подвергаются преобразованиям без учета особенностей архитектуры и окружающего ландшафта. Причем они как раз проектировались так, чтобы соотноситься с ландшафтом и вписываться в него. Здания обшивают сайдингом, завешивают рекламными баннерами, перекрашивают... Например, здание бывшей гостиницы «Гавань» на Васильевском острове, ныне бизнес-центр «Балтик-Плаза» (хотя величие замысла и геометрию видно даже через сайдинг), или здания районных кинотеатров, или общежитие Балтийского завода, тоже на Васильевском, в советские времена бывшее великолепным образчиком советского модернизма, — легкое, «дышащее» светлое здание, отвечающее принципам Ле Корбюзье, нынче обезображенное бытовыми наслоениями, которые стали возможны исключительно ввиду непонимания уникальности, красоты и ценности подобной архитектуры. Эта застройка уникальна также и потому, что передовая архитектурная мысль использовалась здесь ради создания типового жилья и социальных объектов для «обычных» людей в противовес нынешнему подходу строить с пафосом дома для элиты и «человейники» для «бедноты» без заботы в том числе об эстетической составляющей окружения «обычного» человека, который должен быть счастлив, что ему в принципе есть, куда приткнуться. Кроме того, неизвестно, как долгое нахождение под пластиком и другими полимерными материалами может сказаться на состоянии самого бетона, который конструкторы и архитекторы оставляли открытым не только в эстетических целях, но и в технологических — и не приведет ли это к более быстрому разрушению зданий вместо заявленного обновления и продления срока их службы через «осовременивание». Принимая во внимание неспособность понимать и учитывать характер материалов, окружающего пейзажа, освещения, функциональности как построенных до того зданий, так и новых, в случае с современными зданиями можно сказать, что налицо архитектурный регресс, а не развитие.
-
Впрочем, тем, кто покупает квартиры в дорогих ЖК, продают также кое-что другое — так называемые открыточные виды. Я сейчас пишу о ситуации в моем городе — Санкт-Петербурге, однако, думаю, многие могут узнать ситуацию и в их собственных городах. Сносятся памятники архитектуры, уничтожаются зеленые насаждения, чтобы эти ЖК можно было бы втиснуть в историческую застройку. Таким образом эти «открыточные виды» превращаются буквально в открытку — зафиксированное оконной рамой статичное изображение, доступное только при взгляде с определенного ракурса; тем, кто не заплатили за обладание этими видами, то есть пешеходам, они больше не полагаются. Застройщик зарабатывает громадные деньги, присваивая и продавая то, что было создано задолго до него и что он не в состоянии создать сам, то, что по умолчанию как часть городского пространства принадлежит всем. При таком подходе и открыточные виды могут вскорости закончиться — тем более что нередки случаи, когда соседние со стройкой старинные дома дают трещины и разрушаются. Однако подход подразумевает мгновенное извлечение выгоды и ничего больше, поэтому последствия мало кого волнуют. Иронично, что и в дорогих домах, и в ЖК эконом-класса в подавляющей части квартир виды из окон не на окрестности, а на окна соседей, опять же, за счет необходимости втискивать как можно больше в имеющееся пространство. В районах советской застройки между домами достаточные расстояния, и они заняты, как правило, зелеными зонами, на которые в нынешние времена поместили бы еще несколько корпусов. В противовес этому можно вспомнить советские районы и даже конкретные места: например, модернистский ансамбль на Среднеохтинском проспекте, где жилые дома и здание библиотеки перекликаются с разноуровневым пространством, включающим небольшую площадь, мост через нее, просторную террасу и газоны вокруг. Отовсюду открывается потрясающий вид на окрестные берега Невы, Смольный собор и протяженную гранитную набережную. Здесь имеет место и создание возможности для всех полюбоваться видом, и участие в формировании, продолжении этого вида (набережная и окрестности — дело рук советских строителей и проектировщиков). Сейчас часть вида, конечно, тоже подпорчена вкраплениями, созданными теми, кто не имеет представления о том, как включить свое сооружение в ансамбль, да и не задается такой целью. Конечно, «город должен развиваться», как указывают многие, отстаивая право девелоперов на преобразование городского пространства, и в исторической застройке всегда были вкрапления нового, которые постепенно, по прошествии лет, становились ее частью, несмотря на периодические скандалы — они сопровождали постройку того же Исаакиевского собора. Однако современные застройщики так сильно стремятся продать будущим жильцам принадлежность к псевдоисторической псевдоэлитарности, экономя при этом на стройматериалах, зарплатах строителям и вообще всем, кроме дорогостоящих согласований с чиновниками, что любая новаторская и интересная архитектурная идея сюда просто не пробьется. В итоге мы получаем непропорциональные кадавры, обшитые криво подогнанными друг к другу плитами дешевого (по крайней мере на вид) уродливого глянцевого керамогранита или сайдинга и кокетливо украшенные декоративными элементами из таких же дешевых материалов, что бездумно и кое-как отсылает к классическим архитектурным стилям. Здесь нет понимания ни тогдашних стандартов, ни контекста, ни представлений о гармонии. Спроектированные якобы с переосмыслением и уважением к историческому ландшафту, они такие неуместно тяжеловесные, массивные, что визуально подминают под себя не только соседние здания и даже доминанты, но и весь ландшафт в целом, поскольку заметны отовсюду и так же сильно издалека за счет знаменитой петербургской небесной линии, в которую упираются, и объемов, превосходящих объемы любых окружающих объектов.
-
Ни одного дерева рядом)))
-
Как можно продолжать хейтить хрущи и советскую застройку, когда она-то как раз предполагала такое развитие городов, чтобы в них можно было и жить, и работать, и гулять, и с начала шестидесятых до конца восьмидесятых советские города развивались сообразно этому принципу, а за 35 лет превратились в какое-то оскорбление для взгляда и понятия «человек» в принципе. И это безусловно политический момент, а не просто нытье про эстетику
-
Юрий Лотман пишет: «Доминирующими элементами городского пейзажа в Петербурге, в отличие от Москвы, были не замкнутые в себе, территориально обособленные особняки или городские усадьбы, а улицы и четкие линии общей планировки города. Хотя Петербург был задуман как европейский город и именно как таковой противопоставлялся Москве, внешний вид его не напоминал облика европейских городов XVIII — начала XIX в. В отличие от крупных исторических городов Европы, Петербург никогда не был окружен стенами, ограничивающими площадь застройки. Поэтому ограничений на размеры фасада и ширину улиц, определявших облик всех европейских средневековых городов, в Петербурге не было. Почти одновременная застройка всего города (по сравнению с хронологией роста других европейских столиц) придавала ему характер упорядоченности, стройности и однообразия». Лотман пишет об уникальности и отличии города от других европейских столиц. Зародившись и развиваясь в условиях петербургской свободной планировки, практически ничем не ограниченной, экспериментальная, а затем и массовая советская архитектура отвечает этому духу и продолжает его, и потому может и должна считаться исторической, равно как и новаторской, поскольку по праву вписалась в городское пространство, взаимодействуя с ним. Даже кажущиеся незначимыми советские типовые элементы декора вроде ограждающих скверики решеток со стилизованными якорями и чайками, которые сейчас в процессе благоустройства бездумно выбрасывают и повсеместно заменяют на новые, безликие, демонстрируют пристальное внимание и бережное отношение к духу и истории морского города. Но застройка, претендующая на звание и современной, и исторической, не имеет ничего из упомянутого. Даже единообразие, которое, казалось бы, должно вписывать ее в городское пространство, на деле принципиально оппонирует ему, поскольку происходит из скудости архитектурной мысли и проектируется по правилу «заполнить все пространство, вклиниться в него, поделить на отдельные закрытые участки». В ней нет ни упорядоченности, ни стройности, ни открытости, она только эксплуатирует построенное прежде, но не продолжает и не дополняет его.
-
Речь о принадлежности субъекта городскому пространству и городского пространства субъекту, вопросе пресловутой свободы, предназначении пространства для долгих прогулок или ограничении времяпрепровождения только определенными местами, небольшими отрезками. Внутри советские здания тоже продуманы замечательным образом: они спроектированы с учетом инсоляции, чтобы дневной свет равномерно распределялся по всему пространству каждой квартиры, а также на лестничных клетках; созданы разнообразные стенные шкафы и ниши для хранения — сейчас их нужно покупать отдельно, и они находятся не в квартире. Подобного нет в современных домах, ни в дорогих, ни в дешевых. Инсоляция, как говорится, давно вышла из чата: в том числе и в дорогих домах часть квартир расположена таким образом, что они чересчур нагреваются на солнце, другие же выходят во двор, и солнце никогда в них не появляется. Дело также и в удаленности окон от противоположных стен, в проектировании не только расположения квартир, но и их внутреннего устройства. Также большому капиталу необходимо, чтобы районы хрущевок и брежневок перестали мозолить глаза, чтобы люди забыли, что когда-то государство квартиры выдавало, а не лишало их или не лоббировало интересы застройщиков и банков под видом «благодеяний» для граждан вроде семейной ипотеки, когда ты по какой-то неясной причине имеешь право на покупку квартиры только у застройщика и первое время живешь в съемном жилье, одновременно выплачивая ипотеку и аренду и воспитывая ребенка. Слышны претензии, что количество квадратных метров на человека в хрущевках не соответствует современным нормам, и их можно считать легитимными. Однако они теряют смысл на фоне того, что, например, существует практика превращать комнаты в коммуналках в студии и продавать их как отдельные квартиры, несмотря на размер (10-12 метров) и абсолютное отсутствие звукоизоляции; или отсутствие возможности у жителей коммуналок приобрести отдельное жилье, или заоблачные цены на квартиры с несколькими комнатами в современных домах, из-за чего многие семьи живут в студиях или однокомнатных квартирах.
-
…в СМИ непрерывным фоном идет кампания по «дискредитации» районов с советской застройкой: и депрессивные они, и создавались «по-советски», без заботы о комфорте и потребностях людей, и, главное, «устарели», «должны быть заменены на новые» (как айфоны, видимо). По мере возведения все большего количества человейников без инфраструктуры такие тезисы все более странно выслушивать, но это явление объяснимо с точки зрения строительного бизнеса, который и спонсирует подобные публикации, потому что жаждет снести советские районы, выселив оттуда жителей, заплатив им копейки по кадастровой стоимости, — это, в отличие от панелек, конечно, делается с заботой о комфорте и потребностях людей. Это должно сыграть две роли: одна — извлечение прибыли из «неэффективного» в данный момент пространства, и другая — воцарение капиталистического реализма, стирание представления о том, что городское пространство можно застраивать как-то иначе, нежели впихивать везде, где только можно, площадь для продажи (как же нерационально с этой точки зрения застроены советские районы — ведь на месте двух условных пятиэтажек с огромным зеленым пространством между ними можно построить пять двадцатипятиэтажных домов с небольшими заасфальтированными проходами и парой клумб!), а остальное мостить брусчаткой и втыкать для вида несколько подлежащих периодической замене полумертвых туй, а также разнообразные объекты для «эффективного» времяпрепровождения, к которым никто и близко не подойдет, особенно в жару. И что застройку районов можно выдерживать в едином стиле, формируя кварталы в виде ансамблей, так, чтобы разные части города сочетались и взаимодействовали — сейчас же каждый дом существует отдельно, они спорят, перебивая друг друга, и это не просто эстетика, а политический момент, поскольку радикальным образом меняет представление о времяпрепровождении в городе, на улице и уничтожает возможность осмыслять окружающий мир как нечто системное, единое. Повторюсь: отношение к советскому модернизму должно быть изменено, это абсолютно уникальное явление, которое следует оберегать и которое может быть примером для всего мира. Советский модернизм из-за преобладания типовой застройки, из-за ее предназначенности всем гражданам, отсутствия необходимости продавать, продавать и продавать, характеризуется продуманными и спроектированными ансамблями, где постройки (жилые дома, школы, кинотеатры, больницы, подстанции и так далее) и открытые пространства составляли единое целое. Продумывались проспекты, площади, зеленые территории, принципиально открытый горизонт и пресловутые виды, много воздуха, много света, и все это для так называемых масс — настоящая утопическая архитектура. В современных кварталах, как элитарных, так и «комфорт-класса», этого нет, потому что девелоперы не умеют проектировать пространство ни визуально, ни функционально. Потому такое количество созданных советскими проектировщиками открытых пространств показались современным чиновникам и застройщикам «пустотами», которые следовало заполнить. Неважно, как новые постройки впишутся в ансамбль, потому что в рыночном воображении не существует ничего целостного, есть отдельные участки земли, из которой нужно извлечь выгоду. Скверы, площади, парки, перекрестки, иногда даже «чересчур» широкие тротуары оказались застроены, замусорены бизнес-центрами, торговыми павильонами, высотными жилыми домами, апарт-отелями, прочими коробками отрицательной архитектурной ценности и эргономичности, ими перекрыто все физическое и визуальное пространство, перекрыт горизонт. Оттого в советских районах эти вкрапления смотрятся чуть ли не более инвазивно, чем в зонах с преобладающей дореволюционной застройкой, которые принято называть историческими (как будто советский период не часть истории), в том числе из-за их невероятной плотности и утерянного единообразия (но не простоты и отсутствия архитектурной мысли) ландшафта.
-
Ну вот просто за 30 лет превратить российские города в ЭТО
-
repost Бля из окна на это смотреть возможно еще хуже чем жить
-
repost И что построили и что разрешили
- Older posts