На кухне у повара

В сложившейся геополитической ситуации внимание инвесторов сосредоточено не только на золоте, но и на меди, котировки которой демонстрируют еще более впечатляющую динамику. С начала 2026-го медь прибавила в цене более 15%, регулярно обновляя исторические максимумы на уровне, превосходящем $14 тыс. за 1 т. ИИ-технологии повысили спрос не только на кремниевые чипы, но и на медные кабели и детали из меди, необходимые практически везде. По оценкам аналитиков S&P Global, спрос на медь к 2040 году должен вырасти на 50%, при этом предложение будет отставать от потребностей примерно на 25%. Бум ИИ-технологий и дата-центров застал индустрию производства меди врасплох. Сейчас даже отметка в $20 тыс. за 1 т меди уже не кажется какой-то ненаучной фантастикой. Хотя еще 10 лет назад цены колебались вокруг отметок в $4,5–5,5 тыс. за 1 т. На долю России приходится около 3,5–4% мирового производства рафинированной меди (около 1 млн т в год). При этом внутреннее потребление растет за счет оборонного заказа и энергетических строек, оставляя на экспорт около 600 тыс. тонн. Российская медь обладает фундаментальным преимуществом на глобальном рынке. Себестоимость новых дальневосточных проектов составляет вполне комфортные $3,5–4,3 тыс. за 1 т благодаря открытому карьерному способу добычи и доступу к относительно недорогой гидроэлектроэнергии. Однако приходится тянуть сотни километров линий электропередачи, строить дороги и порты. Отрасль вынужденно переориентировалась на Азию, отправляя до 75% экспорта в Китай. Но БАМ и Транссиб перегружены, а железнодорожные тарифы и фрахт из портов Приморья стабильно растут. Кроме того, китайские покупатели, осознавая безвыходность положения продавца, жестко требуют дисконт за сам факт работы с подсанкционным сырьем. Расчеты через азиатские банки при этом затягиваются на месяцы.