«Индустрией» проникся постковидно и в поезде. Пробирался через намеренно тяжеловесный вокабуляр из хедж-фондов, шортов, рынков. Облегчённо обнаружил героев, неспособных вербализировать многие вещи, несмотря на подвешенный язык, глобальные операции, риски. Четвёртый сезон — наваждение, мифический «честный разговор» как практику экзорцизма. Про ложно вымученную независимость. Вмешиваются, заслоняют от функциональности одиночество, исчезающая дружба, психологический метаболизм. Какие NPC, кто тут соулмейт — все окажутся сплошной жидкой концепцией, трудно отмывающейся. Хочется быть вечно 17-летней певицей Лорд, приходится эпштейновской конфиданткой Гилейн Максвелл. Восхищён Майхалой и Марисой, все чаще встречаются их героини в жизни (да и сами мы амальгамы). Шоураннеры Конрад Кей и Микки Даун вдохновляют творить, некоторые эпизоды эйфорические. Пятый сезон последний, как у наставников «Наследников». «Индустрия» ближе. Вспоминать/расшифровывать/не спасать/не ждать. Are you done?