Сегодня начинаются спецпоказы фильма Джима Джармуша «Кофе и сигареты». Официальный перевыпуск картины намечен на 20 августа, однако уже сейчас можно застать сеансы этого киноальманаха при участии приглашенных спикеров. Ближайший — сегодня в Синема Парк Мосфильм, картину представит главный редактор сайта и цифровых медиа «Искусство кино» Сергей Кулешов. Для затравки публикуем фрагмент репортажа Зары Абдуллаевой из Венеции—2003, посвященный первой премьере картины: Среди созвездия режиссеров, показавших свои картины вне конкурса, самым долгожданным был Джим Джармуш с его черно-белыми «Кофе и сигаретами». Одиннадцать новелл, где пьют кофе, курят, болтают и молчат знаменитости, любимчики режиссера, актеры, которые снимались и у других знатных людей, включая Энди Уорхола; музыканты, маргиналы, широко известные в узких кругах, и одна неопознанная красотка Рене Френч, ведущая «таинственную жизнь в Нью-Йорке и за его пределами». Знакомцы и товарищи, близнецы настоящие и мнимые, кузины (в сценке-мистификации с раздвоением личности Кейт Бланшетт, представшей в образах блондинки-брюнетки, утонченной звезды и сучки из выдуманной группы Squrl — именно так, по-американски грубо, звучит нежное слово «Squirrel»), кузены (в уморительном эпизоде Альфред Молина воображает, что звезда английских комедийных сериалов Стивен Куган его родственник) встречаются в барах, чтобы обсудить: здоровую жизнь и жизнь, обреченную кофеином, использование никотина в качестве средства от насекомых, конспиративные теории Элвиса Пресли, изобретения Никола Тесла, связанные с величиной напряжения электромагнитого поля, Париж 20-х, Нью-Йорк 70-х и т.д. Роберто Бениньи, Стива Бушеми, Билла Мюррея, Игги Попа, Тома Уэйтса, Билла Раиса, Тейлора Мида, рэперов RZA, GZA etc. снимали Фредерик Элмс, Робби Мюллер, Том Ди Чилло. Курильщики (и завязавшие с этим делом), кофеманы (и любители английского чая) импровизировали под музыку Пёрселла, Малера и наших неклассических современников, пребывая на границе между игровым и документальным кино, между зыбкими переходами фикшн в нонфикшн и наоборот. Так создается электромагнитное поле (прямо по закону Тесла) и эффект магической режиссуры Джармуша, в которой необязательный треп, мимолетная встреча застают врасплох и приближают утекающую сквозь время реальность. Между важным b не важным, прошлым и будущим независимый житель Нью- Йорка находит ритуальные точки опоры (типа кофе и сигарет), которые связывают, разлучают и опять сближают людей в их обыденной малозаметной жизни. В этом «камерном эпосе» о повседневной, вроде бессобытийной, как пауза, жизни запечатлевается ее — «само по себе» — течение, настигнутое за чашкой кофе с сигаретой... Помнится, в фильме Уэйна Вонга и Пола Остера «С унынием в лице» (другое название «Бруклин-буги»), снятом как продолжение «Дыма»? Джармуш появлялся в роли завсегдатая табачной лавки и выкуривал перед зрителями якобы свою последнюю сигарету. Ее дымок веял и над изумляющим «Мертвецом». Лейтмотив дымка звучал в том старом фильме как клоунская реприза и как поэтический рефрен. Отсутствие курева (ритмообразующая присказка фильма: «Есть закурить?» — «Я не курю») длилось в «Мертвеце» строго отпущенный срок. Но, отправляя бухгалтера и поэта Блейка в последний путь, его наставник по имени Никто давал мертвецу в помощники табак. «Сигареты напоминают о смерти, — говорил Джармуш в роли Джармуша в «Бруклин-буги». — Когда ты выпускаешь дым, ты как бы обозначаешь прошедший миг. Это напоминает тебе о том, что жизнь неразрывно связана со смертью». С другой стороны, отсутствие дымка dоспринимается как романтическая потеря — тени человека или облака, что клубится вокруг теплого тела, — как знак его призрачности и небытия. «План эпизодов» «Кофе и сигарет» Джармуш разрабатывает уже семнадцать лет, и конца им не видно, пока жизнь продолжается, пока он не заснял на память своих прочих заветных друзей, хотя курить запрещено везде. «ИК» №1 за 2004 г.