Первый Харьковский

⬆️⬆️⬆️ После войны Амет-Хана направили на учебу в Военно-воздушную академию в Монино. Однако вскоре он написал рапорт об отчислении: «Трезво взвешивая уровень своих знаний, не вижу возможности дальнейшей учебы. Поэтому прошу отчислить меня, так как не уверен, что выдержу пять лет учебы в академии». Его отчислили из академии и из армии. Жизнь на гражданке не складывалась. На летную работу никуда не брали. Приходилось с женой и маленьким сыном жить в московской гостинице. Виной всему была его национальность. В анкетах Султан всегда указывал, что он — крымский татарин. Это отпугивало кадровиков на предприятиях. Впоследствии он буквально остался «у разбитого корыта», впал в тяжелую депрессию. Амет-Хан стал злоупотреблять алкоголем, чего за ним никогда не отмечалось. Спастись от беды ему помогли старые товарищи. В 1947 году летчик Владимир Лавриненков увидел на улицах вечерней Москвы две «Золотые Звезды» на изношенном пиджаке. В молодом человеке неприглядного вида он узнал своего друга Амета. Лавриненков достучался до первых лиц советской авиации и в феврале Амет-Хан смог устроиться на работу в Лётно-исследовательский институт имени М. Громова в Жуковском. Уже через несколько месяцев ему доверили важное испытание, а спустя годы он доказал — ему по силам выполнять самые ответственные задания. Ведущие разработчики и конструкторы часто обращались к руководству ЛИИ: «Дайте нам Амет-Хана». За очень короткий срок военный летчик-ас стал одним из лучших летчиков-испытателей страны. В 1949 году ему присвоили третий класс летчика-испытателя, в 1950-м — второй, а в 1952-м — 1-й. В 1961 году Султан получил звание «Заслуженный летчик-испытатель СССР». Летом 1949 года на самолете «Ту-2» герой участвовал в первой в Советском Союзе автоматической дозаправке в воздухе. Затем, в начале 1950-х годов, испытывал крылатые ракеты на борту самолета. Причем он отказался катапультироваться в критической ситуации и посадил опытный образец. В 1953 году Амет-Хана удостоили Сталинской премии 2-й степени. В 1958 году в СССР проходили испытания нового катапультного кресла на МиГ-15. Во время полета пороховой заряд пробил днище кабины, а само кресло, где был напарник, застряло. С пробитым топливопроводом Султан должен был катапультироваться сам, но обрек бы на верную смерть парашютиста-товарища. С риском в любую секунду загореться Амет-Хан довел МиГ до посадочной полосы и спас жизнь своему напарнику. На переоборудованном под лабораторию Ту-104 он создавал условия невесомости для тренировки первого отряда космонавтов, среди которых был Юрий Гагарин. Они ценили его мастерство и называли уважительно «батей». Рабочий день Султана (это видно из записей в личных лётных книжках) мог включать 11 полётов, которые начинались в 9:20, а заканчивались в 20:15. Причем он мог летать на нескольких типах самолётов и выполнять при этом разные задачи — испытательные, тренировочные, транспортные. Всего Амет-Хан Султан освоил 94 типа самолётов (хорошим показателем для лётчика-испытателя считается освоение 20-30 типов)! Многие товарищи отмечали, что Султан был исключительно скромным человеком. Свои многочисленные награды он носил крайне редко. По воспоминаниям летчика-испытателя Игоря Шелеста, «в ожидании полетов он мог часами молча простаивать у окна летной комнаты, устремив взгляд в даль убегающей к горизонту взлетной полосы». ⬇️⬇️⬇️