Первый Харьковский

В Москве за несколько дней появились сразу три очень интересных персонажа. Субраманьям Джайшанкар — глава МИД Индии и человек, который куда глубже погружён в стратегическое планирование индийских элит, чем это обычно выглядит со стороны. Пол Ричард Галлахер — фактически министр иностранных дел Ватикана. И наконец директор ЦРУ Джон Рэтклифф, чей визит вообще до последнего старались особо не афишировать. Есть, конечно, конспирологическая версия, что Рэтклифф был лишь прикрытием, а на самом деле в Москву прилетал другой человек — значительно более тяжёлый и представляющий даже не столько окружение Трампа, сколько определённую часть американского истеблишмента. Гораздо интереснее другое. Зачем все они оказались в Москве практически одновременно? Я ещё 21 июля обращал внимание на предстоящий саммит АТЭС. Именно он, на мой взгляд, становится центральной точкой всей этой дипломатической конструкции. Там должны оказаться Путин, Си и Трамп. И если они действительно собираются обсуждать уже не отдельные войны, санкции и тарифы, а общую конфигурацию следующего этапа, то к этой встрече всё должно быть подготовлено заранее. Такие вещи не согласовывают первые лица за столом переговоров. Они туда приезжают, когда основные варианты уже разложены, красные линии обозначены, а посредники сделали большую часть своей работы. Отсюда, возможно, и нынешняя активность вокруг Москвы. Особенно интересна Индия. Она в АТЭС не входит. Моди за этим столом не будет. Зато непосредственно перед большим дипломатическим циклом в Москву приезжает Джайшанкар и встречается с Путиным. Что тоже выглядит как согласование позиций, причём сам Моди встретится с Си на саммите БРИКС в Индии. Ватикан в этой конструкции тоже выглядит совсем не случайным гостем. Особенно если вспомнить, насколько глубоко Святой престол исторически встроен в закрытые дипломатические каналы Европы. А рядом почему-то появляется ещё и директор ЦРУ. Слишком много совпадений за несколько дней. Но дальше ещё интереснее. После серии азиатских саммитов впереди декабрьская G20. И вот там, похоже, уже может начаться совсем другой разговор. Если на АТЭС Путин, Си и Трамп действительно смогут определить хотя бы основные контуры будущего сосуществования крупнейших центров силы, то G20 становится удобной площадкой, где эту конструкцию можно будет уже доносить до остальных. США уже готовят для G20 разговор о китайских «дисбалансах», иранской торговле, доступе к долларовой системе и доверии к американскому долгу. Возможно, это и есть первые очертания будущих правил. Кто остаётся внутри долларового контура. Кто получает к нему ограниченный доступ. Кто уходит в евразийскую систему. Как между этими пространствами будет устроена торговля. Чем будут рассчитываться. Кто будет обеспечивать безопасность новых коридоров. И, наконец, что делать со странами, которые ещё пытаются сидеть сразу на нескольких стульях. Тогда последовательность событий выглядит довольно занятно. Сначала серия переговоров и челночная дипломатия. Затем ШОС. Потом ключевая точка — АТЭС и возможная встреча Путин—Си—Трамп. И уже после этого G20, куда приходит значительно более широкий круг государств. То есть сначала договориться между теми, кто способен определять правила. А потом объяснить правила остальным. Украинский конфликт уже давно стал лишь одним из вопросов гораздо большего торга и будущей конфигурации Европы (об этом на днях я написал очень большой текст в частном канале) Как, впрочем, Иран, тарифы, санкции и даже американский долг. Потому что предметом торга становится уже сама конструкция мира после окончания нынешней глобализации. И вот тогда особенно забавно выглядит Россия, которую ещё совсем недавно собирались «изолировать». Перед ключевыми саммитами в Москву почему-то едут американцы, индийцы и Ватикан. Видимо, очень удачно изолировали.