Мария Харченко ЛДПР

В Госдуме рассмотрели наш законопроект о «чёрных вдовах». И отклонили. С аргументом, что все необходимые составы преступлений уже обозначены в Уголовном кодексе. Но тогда возникает главный вопрос: почему же они не работают? Я получаю массу обращений, комментарии и личные сообщения. Мы видим вопиющие случаи по всей стране, когда женщины заключают фиктивные браки с участниками СВО, а после их гибели присваивают себе миллионы. В Архангельской области мошенники организовали отправку мужчины на фронт, оформили фиктивный брак незадолго до этого, а после его гибели получили 15 миллионов рублей. В Нижневартовске действовала целая преступная группа во главе с так называемой «чёрной вдовой», которая конвейерно выходила замуж за одиноких мужчин, убеждала их ехать в зону боевых действий, а после забирала себе посмертные выплаты. В Ставропольском крае после обращения ЛДПР прокуратура возобновила проверку по делу о фиктивном браке и выявила нарушения, допущенные при предыдущем рассмотрении. И это только несколько примеров. А сколько ещё таких дел, где «вдова» признала погибшим бойца, находившегося в статусе «пропавший без вести», пока его мать не может добиться выплат? Получается парадокс: составы есть, а преступники не сидят. Пока Госдума спорит о формулировках, мошенники продолжают наживаться на гибели героев. Наш лидер Леонид Слуцкий сравнил их действия с мародёрством в блокадном Ленинграде — по уровню цинизма это сопоставимые вещи. ЛДПР будет настаивать на своём, потому что если старые законы не работают, их нужно менять. Или заставить работать. Пока не начнут реально сажать, эти схемы будут процветать.