ГОРСКИЙ БОМОНД

О ГИБЕЛИ БУЛАЧ-ХАНА, 1834 г. (часть вторая) К тому времени, Булач-хан находился у гоцатлинца Иман-Али, дяди покойного имама Гамзата, который потерял своего сына Чупана на тех злосчастных хунзахских переговорах: «Во время убийства ханов в лагере Гамзат-бека был смертельно ранен ханскими нукерами двоюродный брат его Чопан-бек, сын гоцатлинского жителя Иман-Али… Смертельно раненный Чопан-бек по прибытии в Новый Гоцатль прожил только три дня. …Перед смертью, раскаиваясь в содействии к убийству законных своих ханов, он просил своего отца Иман-Али сохранить от смерти малолетнего Булач-хана». Из отношения барона Розена от 9 августа 1834 г. известно, что Булач-хана «забрал к себе» отец Чупана, но уже не как аманата, а «как принадлежащего ему по правилам шариата за смерть сына». Когда к Иман-Али прибыли посыльные от имама Шамиля с требованием «богатства Гамзата и выдачи малолетнего хана Аварии Булача-хана», он «немедленно прислал Шамилю все богатства Гамзат-бека», но отказался выдавать Булач-хана. Шамиль повторил требование выдачи Булача, «грозя убить Иман-Али и разорить его дом до основания». Последний был вынужден подчиниться приказу. Гаджи-Али подтверждал: «Мюриды, взяв в Гоцатле 11-летнего Булач-хана, обучавшегося в то время Корану, все вещи байтулмала и оружие, … а также скот, собранный прежде Гамзат-беком (кроме наследства, доставшегося ему от отца), привезли к Шамилю. Он отправил всю казну в Ашильту, а… Булач-хана оставил в селении Харачи, что около Унцукуля, приказав жителям кормить и хранить его». По русскому источнику, Булач-хана забрали из Гоцатля не позже 14 сентября. Из письма майора Мадатова барону Розену от 17 сентября 1834 г. известно, что ко времени экспедиции ген. Ланского в Гимры (14–17 сентября 1836 г.) Булача уже не было в Гоцатле: «Сей Шамиль выиграл только тем, что при суматохе аварцев успел взять молодого Булача, последнего сына султан Ахмет-хана, и все имущество Аварского дома». К 21 сентября Булач-хан был еще жив. Ланской в рапорте от 21 сентября 1834 г. бар. Розену писал о том, что решительно намерен идти на его спасение: «Нам нужно принудить койсубулинцев выдать его аварцам [хунзахцам]…». Но Ланской не успел выступить в поход — в последних числах сентября он тяжело заболел и скоропостижно скончался (по русским источникам генерал-майор Ланской скончался 27 сентября от желтухи; Карахи ссылался на рассказ о его смертельном ранении в с. Гимры). Возможно, реальная перспектива восстановления русскими ханской власти в Аварии вынудила имама Шамиля побеспокоиться о том, чтобы Булач-хан ни при каких обстоятельствах не попал в их руки. Он отдал приказ срочно перевезти юного хана из с. Балахуни (расположенном примерно в 20-ти км от Гергебиля), по всей видимости — в с. Гимры. В рапорте от 1 октября 1834 г. полковник Клюки фон-Клюгенау уже извещал бар. Розена о «смерти Булач-хана, убитого мюридами близ селения Харачи. По русским источникам, имам Шамиль приказал казнить Булач-хана «по определению Совета», на этом решении «особенно настаивал Саид Игалинский, опасавшийся мести Булач-хана за смерть матери и братьев». Булач-хан был «сброшен со скалы в Аварское Койсу, по словам Шамиля — живым, а по другим сведениям, его сначала задушили и затем сбросили в Койсу». Позже это утверждение без ссылок на источники будут повторять в своих работах современные исследователи. Местные авторы (Карахи, Гаджи-Али, Абдурахман из Газикумуха) были единодушны, когда писали о гибели юного хана, связывая ее с приказом имама. Абдурахман Газикумухский утверждал, что Булач-хана казнили «после избрания Шамиля на горе Арак меэр», «согласно воле избирателей имама» — его «бросили в реку Унсукуль». По Мухаммад-Тахиру ал-Карахи, Совет не принимал участия в решении о казни юного хана, на нем настаивал лишь один Саид из Игали, который прислал имаму Шамилю «весть о том, что в интересах дела надо удалить Булача с этого света» [Саид из Игали, по Абдурахману Газикумухскому, после убийства имама Гамзата являлся одним из основных претендентов на избрание нового имама].