Любопытная дискуссия развернулась в сети после выступления профессора Даггосуниверситета Дуреи Зиядовой на площадке юрфака МГУ, где проходила научная беседа на тему «Институт кровной мести: правовые, криминологические и психологические аспекты». Эксперт выразила мнение, что кровную месть не стоит квалифицировать как отягчающее обстоятельство при совершении убийства, как это делается сегодня в соответствии с УК РФ. В то же время профессор сделала оговорку, что это правило будет уместным лишь при определённых обстоятельствах: в обществе, где исторически сильны традиции вендетты и где фактор коррупции позволяет гражданам уходить от наказания или бесчинствовать. Институт кровной мести представляет собой одно из наиболее действенных средств социальной регуляции и также является инструментом защиты чести и достоинства личности в обществе, где присутствует коррупционное начало во многих структурах государственной власти. Нельзя сравнивать человека, который совершил убийство преступника, с тем, кто, допустим, совершил убийство беременной женщины, убийство двух или более лиц, убийство бабушки с целью получения ее пенсии, убийство ветерана Великой Отечественной войны, чтобы получить его медали. Желательно, чтобы кровная месть считалась обычным убийством, то есть по ч. 1 ст. 105. Экс-генпрокурор России Валентин Степанков, комментируя в СМИ выступление дагестанского профессора, процитировал Владимира Ленина: Законность не может быть калужская или казанская, а должна быть единая всероссийская. Степанков считает этот вопрос следствием противоречий, которые иногда возникают между юристами-теоретиками и юристами-практиками. Юристам, особенно ученым, которые далеки от практического применения уголовного права в повседневной жизни и самом уголовном процессе, свойственно высказывать идеи, которые, на первый взгляд, кажутся абсурдными. Я думаю, что юристы-практики к такому выводу точно бы не пришли. Такое суждение, конечно, могло появиться, но оно абсолютно чуждо той уголовной политике, которая проводится в нашем государстве. СМИ также приводят комментарий члена президентского Совета по правам человека Евы Меркачёвой, которая заявила, что если сделать убийство по мотиву кровной мести менее тяжким, то можно спровоцировать волну таких преступлений, поэтому государству нужно «сдерживать подобные явления». В статье 105 «Убийство» есть подпункт, который так и называется: по мотивам кровной мести. А именно на сегодняшний день человек, который убивает именно из мотивов кровной мести несёт более тяжёлое наказание, чем тот, кто убил, например, по корыстному мотиву. Связано изначально, это, как я думаю, было с тем, что надо было остановить волну убийств по мотиву кровной мести, которые были на Северном Кавказе, и не только там. И это, надо сказать, вызвало должный эффект. У нас действительно убийств по мотиву кровной мести стало гораздо меньше, чем было 20 или там 50 лет назад. И я думаю, что это было грамотно со стороны законодателей, поскольку тем самым мы, общество и государство, говорили, что все традиции, которые предусматривают убийства, должны остаться в прошлом, что всё это относит нас далеко к средневековью, что в цивилизованном обществе ценится каждая жизнь и что никто не должен нести ответственность за сына, за какого-то своего предка. На фото: «Горские типы», Лев Лагорио, 1861 год. Подписаться на УРБЕЧ