kavkaz_leakbez

Когда следствие начинается до закона Есть детали в деле админа (или якобы админа) ТГ- канала о Кабардино-Балкарии Казбека Шхагошева, которые на первый взгляд выглядят как процессуальные мелочи. Но если сложить их в одну линию, становится ясно: перед нами не просто нарушения, а тщательно выстроенная схема, где всё началось задолго до официального возбуждения уголовного дела. Начнём с ключевого. → Следственное действие «показания на месте» по закону запрещено проводить до возбуждения уголовного дела. Это прямая норма УПК РФ. Однако в деле Шхагошева именно с этого всё и начинается. Уголовное дело было возбуждено 23 ноября 2022 года, тогда как изъятие наркотических средств произошло 21 ноября 2022 года — за два дня до этого. Но есть ещё более показательный момент. → Формально это было оформлено как «осмотр места происшествия» в селе Второй Лескен. Фактически же, как следует из материалов дела, Шакуевым Аскером было проведено следственное действие «показания на месте» — и не от кого-нибудь, а от Бечелова Ислама, сотрудника УНК МВД по КБР. Именно он указал местоположение изъятых наркотиков. Сотрудник оперативного подразделения, дающий «показания на месте» до возбуждения уголовного дела — это грубейшее нарушение, которое УПК РФ прямо запрещает. Но именно это нарушение легло в основу обвинения. Дальше — больше. → Телефон с координатами, который следствие называет ключевым доказательством, сам инициатор дела Амир Пеков в суде фактически обнуляет. Он прямо заявляет: по указанным координатам он ничего не нашёл. Он проверял их лично. Он знал, что там нет наркотиков. Тем не менее уголовное дело было возбуждено, а Шхагошев осуждён. Подброшенный телефон и координаты в нём не просто сомнительны — они юридически пусты. ⚡️ Отдельного внимания заслуживает роль судей. Арсен Сарахов вынес три постановления: два — на обыск домовладения Шхагошева, и одно — на прослушивание телефонных переговоров от 14 ноября 2022 года. Все три постановления были признаны незаконными судами вышестоящих инстанций. Причина принципиальная: Пятым кассационным судом установлено, что Сарахов Арсен и Калибатов Рустам, с заявления которого от 8 октября 2022 года всё началось, являются родственниками. Более того, все три постановления заверены не судьёй, а оперуполномоченным УФСБ по КБР Кертбиевым Казбеком. Оригиналов этих постановлений не существует — ни в суде, ни в материалах дела. Судья Бекир Макоев пошёл ещё дальше. → Он не просто проигнорировал все эти нарушения — он их знал. Это зафиксировано в протоколах и материалах. Однако Макоев полностью отредактировал протокол судебного заседания, убрав из него всё, что указывало на незаконность происходящего. Ходатайства защиты об исследовании телефона с якобы существующим телеграм-каналом «Правда КБР» были отклонены под предлогом, что устройство «уже исследовано». В действительности Макоев не имел права выносить приговор по этому делу, но, осознавая масштаб нарушений, закрыл на них глаза и вынес обвинительный приговор. Если собрать всё вместе, становится очевидно: дело Шхагошева не возникло внезапно. Оно было сконструировано заранее, с нарушением процессуальных границ, с подменой следственных действий и с последующим судебным прикрытием. И именно поэтому многие документы в этом деле либо отсутствуют, либо существуют только в копиях, либо «редактируются» уже после заседаний.