КАСПЕР 🇧🇾

«Свет» Какое-то время мы жили в Лисичанске. Командир роты, его заместитель, старшина и я. Обычный частный дом. Через огород стоял ещё один, в котором оставались хозяева - бабушка с дедушкой. До войны в одном доме жили они, а в другом кто-то из их взрослых детей. Когда началась война, они уехали, а старики остались. Теперь в доме детей разместились мы. С электричеством в городе тогда всё обстояло плохо. Его просто не было. Зато у нас имелся семикиловаттный генератор. Разместились, запустили его, протянули питание себе и заодно кинули электричество старикам. Для нас это было обычным делом. Генератор всё равно работал, и если никто не наглел, то мощности хватало всем. А для них это было целое событие - за долгое время снова появился свет. Постепенно познакомились. Когда ездили в магазин, иногда покупали им что-нибудь покушать. Бабушка взамен готовила нам супы. Они не мешали нам, мы старались не мешать им. Получалось почти по-домашнему. Возвращаешься после задачи, а тебе говорят, что борщ есть. Спрашивают, ел ли ты вообще сегодня. И приходится оправдываться перед бабушкой, которой почему-то было важно, чтобы ты нормально поел и не пил слишком много энергетиков. Всё это быстро стало привычным. Но потом, как это всегда бывает, неожиданно пришла задача срочно переезжать на другое направление. Сборы начались моментально. Парни загрузились и умчались, разумеется, забрав с собой и генератор. Убирать дом времени не было. Я в тот момент матался по другим своим задачам. И добрался до дома только ближе к вечеру, когда уже смеркалось. Надо было быстро загрузить свои вещи, забрать оставшееся оборудование и двигать следом. Зашёл в дом. Темно. Холодно и всё раскидано. Будто тут и не жил никто. Сначала даже непривычно стало. Тем временем, бабушка с дедушкой ходили с фонариками по дому и прибирали бардак оставленный после нас. Луч выхватывал то пол, то оставленные вещи. Я оглядел комнату и почувствовал себя неловко. - Простите, что такой срач оставили. Парням совсем некогда было. Бабушка сразу замахала рукой. - Ничего страшного. Всё хорошо, всё хорошо. Я ещё раз извинился и начал таскать вещи. Времени оставалось не много. Проверял, ничего ли не забыли, складывал оборудование, относил в буханку. Возвращался, снова смотрел по сторонам. Старики продолжали убираться. Иногда спрашивали, надо ли оставить что-нибудь из того, что находили. Я забирал нужное, остальное просил выкинуть. Скоро в доме не осталось почти ничего нашего. Они вышли проводить меня вдвоём. Я пожал дедушке руку, потом обнял его. Бабушка подошла следом, прижалась ко мне и обняла со всей силы обеими руками. - Ангела-хранителя всем вам. Чтобы всё у вас было хорошо. Берегите себя. Я приобняв бабушку, стоял и слушал. Она крестила меня, благодарила, желала всего самого хорошего. Потом снова обнимала и опять крестила. Ее голос уже дрожал. - Спасибо вам огромное. Спасибо. Вы только берегите себя. - безостановочно повторяла она. Я отвечал, что всё будет хорошо. Чтобы они не переживали и берегли себя. И что мне, к сожалению, уже пора ехать. Было тяжело на неё смотреть. Мы ведь просто пожили в их доме. Дали электричество, несколько раз привезли продукты, иногда разговаривали во дворе и трепетно слушали то, чем они хотели с нами поделиться. А теперь она благодарила так, что я не понимал, куда деть свои глаза. Наконец попрощались. Я запрыгнул в уже заведенную машину, поправил вещи на соседнем сидении и посмотрел в сторону бабушки. Она стояла на дороге. Потом опустилась на колени. Не сразу даже понял, что происходит. Она кланялась мне, плакала, снова поднимала руку и крестила. Я замер. Только что торопился, думал, всё ли забрал, прокручивал куда ехать дальше и что еще нужно сделать по дороге. Теперь я лишь смотрел на неё и не мог ничего сказать. Хотелось попросить, чтобы она встала. Чтобы не плакала. Но я лишь замер и смотрел, как пожилая женщина кланяется мне посреди дороги и безостановочно крестит. На сердце было столько всего, что ни одну мысль не получалось додумать. Я приложил руку к своему сердцу и наклонил голову в знак благодарности и почтения.