«В моей жизни было огромное везение. В профессию я попала совершенно случайно и в очень раннем возрасте — в шесть лет. Меня увидели на улице и пригласили на одну из главных ролей в спектакле «Тридцать сребреников» в Центральный театр Советской армии. Я должна была изображать американскую девочку Глорию. Мама приводила меня на ежедневные репетиции, помогала учить текст. Меня наряжали в красивое шелковое платье в оборках, мама любовалась мной. Мы обе с нетерпением ждали премьеры. Появлялась я на сцене очень эффектно — сбегала по крутым ступенькам и прыгала на руки к актеру, который изображал моего отца. Но перед самым показом случилось ужасное: я каталась на ледяной горке, неудачно приземлилась и выбила колено. Ногу загипсовали сверху донизу. Перед началом спектакля режиссер вышел к зрителям, извинился и объяснил, что маленькая героиня в гипсе — это не специально, просто у нее случилась неприятность. До сих пор помню глаза актеров, которые были моими партнерами, — я читала в них осуждение. Мне казалось, все они думают: «Что же ты нас подвела, мы тебе так доверяли, мы с тобой работали. Мы тебя полюбили, а ты предала...» С того момента во мне что-то перевернулось. Так из боли и стыда родилась ответственность, которая стала одной из главных черт моего беспокойного характера. До сих пор считаю: подвести кого-то — это ужасно... Мама меня, конечно, перед премьерой поддерживала, но это не избавляло от острого чувства стыда. Жуткое ощущение, должна сказать. Одно из самых неприятных из всего спектра чувств, которые я в жизни испытывала.» Наталья Селезнева.