Галеев

Вообще, читая Вольтера, я начал лучше понимать корни некоторых тейков Гиббона Гиббон - это конечно самый влиятельный историк в англоязычном memespace’e. Почему Такер Карлсон - в связи с войной в Иране - начал вспоминать Юлиана Отступника и его походы на Персию? Да потому что у Гиббона в его “Упадке и разрушении” сделан огромный фокус на Юлиане, и отсюда он вошел в англосаксонское коллективное воображаемое. Откуда черпает свои сюжеты Такер, ну или его спичрайтер И вот тут интересный момент. Гиббон, он конечно самый важный историк английского memespace’a, это да. Но сам-то он жил в memespace’e французском. Огромную часть жизни Гиббон прожил во франкоязычных странах, сам, понятное дело, в совершенстве знал французский. Ранние сочинения Гиббона, они вообще написаны по-французски, на английский он переключился позже. То есть Гиббон он не просто жил в эпоху французского культурного доминирования. Он был еще и uniquely exposed к этой культуре, и в значительной степени - жил внутри нее. А значит контекст (и источники!) его идей следует искать не только и не столько у англоязычных авторов, сколько у французских les philosophes. Взять того же Юлиана. Откроем “Философский словарь”. Что там Вольтер пишет в статье Julien? “Трезвый, целомудренный, справедливый, отважный и милосердный… Сочетал в себе доблести Цезаря, но без его пороков, добродетели Катона, но без его ограниченности” В общем, Юлиан - красавчик. И здесь важно понимать, что это не личное мнение Вольтера, а в целом - позиция французского просвещения. В рамках которого, Гиббон, еще раз, жил. Неудивительно, что это - один единственный римский император, который описан у Гиббона с любовью. Здесь впрочем, следует сделать оговорку. Именно потому, что свои тезисы (и вообще убеждения), Гиббон черпает у французских энциклопедистов, становится особенно очевидна определенная разница между французским, и английским/англоязычным дискурсом, заметная что 300 лет назад, что сейчас. Потому что Гиббон, он ведь не просто передирает все у Вольтера слово в слово. Он его еще и адаптирует - под английский, и под особенности английского дискурса и культуры. И как же он его адаптирует? Чем английский Юлиан отличается от французского оригинала? А вот здесь - очень важный момент. В английском тексте, у Гиббона, *у Юлиана тоже есть недостатки*. То есть да, герой, красавчик, надежа. Почти остановил христианство, чуть-чуть не хватило. Но - и на солнце тоже бывают пятна. Есть они и Юлиана. Порой его перекашивало, порой заносило, и в политике, и интеллектуально. В решениях своих, он не всегда соблюдал безукоризненную справедливость, по разному бывало. Живя в фек фанатизма, он и сам где-то заразился христианской ограниченностью, с которой боролся. Ну и так далее. И вот здесь я вижу очень важную особенность старой английской культуры. Особенность во многом уникальную. Для нее очень важен принцип moderation и баланса. Нельзя все время рассказывать про добродетели своего героя. Нужно рассказать и про его недостатки. Необходимо рассмотреть *обе стороны вопроса*, нельзя просто выбрать одну сторону и топить за нее, как на стадионе. Разверни свой тейк, и посмотри на вещи с другой стороны. Это - очень важная черта традиционного английского слэш англосаксонского умонастроения. Фундамент на котором стоят все ее институты. Можно копировать внешние атрибуты этих институтов как значительная часть планеты и делает: парламент, премьер министр, выборы и т.д. Но это не имеет большого смысла без уважения к gods of abstract justice, большинству населения планеты в общем-то несвойственного, или свойственного в недостаточной степени.