Наверное, кому-то пост про переселение народов показался стилизацией в мрачном стиле Гойи. Однако, есть почти канонический пример, когда "обладающие правами" народы (и в данном случае - практически общепризнанно полными) быстро доводят цивилизацию до почти первобытного состояния. На наших глазах этот канонический кейс реализуется в Южной Африке - ее траектория четко демонстрирует, что национальное богатство лежит не в земле, а в людях, которые умеют заставить землю работать. Золото Витватерсранда лежало миллионы лет, но большой экономики вокруг него почему-то не возникало. Чтобы порода стала богатством, пришлось построить и шахты, и электростанции, и железные дороги, а кроме всего этого железа - еще банк и государство, способное удерживать сложную систему в рабочем состоянии. Алмазы в кимберлите - тоже не были капиталом тысячи лет. Камень сначала нужно добыть. Потом довезти до порта. Сделку при этом придется профинансировать и застраховать, а вырученные деньги снова превратить в производство. Между залежью и богатством всегда стоит цивилизация компетенций. И собственно, колониальная оптика ломается именно здесь. Европейцы якобы пришли и ограбили богатую территорию. Забывают, что большую часть «награбленного» они предварительно создали. После 1994 года власть перераспределили гораздо быстрее, чем могли передать инженерную школу. Белых постепенно выталкивали из государственного управления, затем процесс пошел и в экономике. Неудивительно, что многие ответили эмиграцией. Должности получили новых владельцев, но оказалось, что у должности нет памяти. Она не помнит, как управлять электростанцией. Первые пятнадцать лет запас прочности все это выдерживал. Страна росла и в 2010 году получила даже букву в БРИКС. Членство, впрочем, оказалось скорее дивидендом прежней индустриальной массы, чем доказательством успешной пересборки. Но затем электричество стало подаваться по расписанию отключений. Железная дорога перестала гарантировать путь к порту. А в Йоханнесбурге высотные здания начали переходить к тем, кто способен их захватить, но уже не способен обслуживать. Небоскреб вообще удобная вещь: он может много лет притворяется городом после того, как цивилизация из него уже ушла. В свое время римские акведуки тоже не рухнули в день, когда исчезли люди, отвечавшие за воду - материал всегда получает небольшую отсрочку (их растащили на стройки сараев и стен много позже). Поэтому современники видят отдельные аварии, отдельную коррупцию и очередного плохого президента. История же потом видит картину в целом: при том же флаге и с теми же месторождениями существует уже совершенно другая экономика. Золото никуда не делось. Но исчезло то, что делало его национальным богатством. И покорно ждет своего уже нового, китайского "колонизатора" (правильно пишется - "организатора"), который придет, построит порт, дороги и работающую администрацию. Об этом, впрочем отдельно и в другой раз.