Еще немного про то, как распространялись знания раньше — про «республику ученых». Фактически это был Интернет XV—XVIII веков. Сетевым протоколом была латынь, а некоторые люди работали, как сервера. Например парижский монах Марен Мерсенн работал «почтамтом Европы». У него было около полутора сотен корреспондентов — Декарт, Галилей, Гоббс, Паскаль, Ферма, Гассенди, Торричелли. Мерсенн передавал задачи, идеи, и находки, он сводил Декарта в Голландии с французскими математиками, разносил работы Галилея. Рядом с ним сервером работал Николя-Клод Фабри де Пейреск — «князь Республики словесности», сохранилось около 10 000 его писем. Добавлю, что вмешательство Пейреска в процесс Галилея способствовало смягчению приговора. Много лет историю Просвещения писали почти исключительно как историю великих мужчин. Но оказалось, что важнейшими серверами первого Интернета были женские салоны: мадам Жоффрен — ее салон 25 лет посещали все талантливые люди Франции. У Жофрен были особые дни для литераторов и ученых, другие — для художников и третьи — для светских знакомых. Маркиза Дюдеффан не только держала салон, постоянными посетителями которого были Вольтер, д’Аламбер, Бюффон, но и сама вела обширную переписку с энциклопедистами. Фактически салоны работали как сегодняшние научные конференции. Развита была культура публично брошенных задач (Ферма очень любил это) — письмо расходилось, с ним полемизировали, на него отвечали, его дополняли. Письмо могло фиксировать научный приоритет — потом эту функцию взяла на себя книга: Коперник и Везалий (оба 1543), «Звездный вестник» Галилея (1610), «Начала» Ньютона (1687). А в в 1665 году родилась еще одна форма распространения знаний — научный журнал. Но самое главное: идеалом Республики было открытое обращение знания, и это был решительный разрыв с цеховой и алхимической культурой тайны — тссс… никому не говорите. Тайное знание и умирает вместе с носителем, открытые публикации двигают науку вперед. Именно открытость изменила историю науки. Лейбниц и Вольтер написали около 15 000 писем каждый и отправили их сотням адресатов по всей Европе — фактически они оплодотворяли своими идеями других. Добавлю, что мне не очень нравятся популярные истории про озарение — сидел-сидел под деревом, потом бац! яблоко упало и закон всемирного тяготения был открыт. Открытия вызревают годами и оттачиваются в общении с другими людьми. Люди — коллективные животные, ценность одного отдельного гения минимальна, если он не общается с другими и не проверяет на них свои догадки и откровения.