ИнфоПовод

ВОДА В ИРАНЕ. Читаю сообщения из Ирана и комментарии событий. Они разные. Я видел несколько развернутых объяснений в основном от иранских оппозиционеров в эмиграции, что у протестующих ничего не получится, что система власти в Иране не та, что в Венесуэле, и даже, если удастся убрать верховного лидера, никаких перемен не последует, что протесты такой или даже большей силы уже были в 2022 году (и раньше), и всегда власть с ними расправлялась. И все это, насколько я могу судить, имеет под собой серьезные основания. Но сразу хочу отметить, что я не политический аналитик и тем более не иранист, и расклады сил в Иране знаю неглубоко. И стараюсь больше слушать, чем говорить. Но я хочу обратить внимание на важную (я бы даже сказал важнейшую на сегодня) тему, на фоне которой все и разворачивается, — это вода. Эту тему я знаю сильно лучше, поскольку слежу развитием мирового водопользования и состоянием водных ресурсов уже много лет. Вот о воде в Иране хочу немного рассказать. О том, что Иран скоро останется без воды, иранские ученые говорят как минимум с 2013 года (или даже раньше). И практически все мировые эксперты с этим согласны. Ситуация разворачивается на трех уровнях: глобальном — глобальное изменение климата, региональном — холодная война за водные ресурсы на Ближнем Востоке и в Передней Азии, и локальном — это уже о политике иранских властей. И на всех трех уровнях прогноз надежный и очень плохой для Ирана. Глобальное изменение климата. Климат на Земле меняется. За последние 10 лет переписаны все температурные рекорды. Потепление как минимум на 1,2 градуса по Цельсию — это факт, с которым никто уже не спорит. Споры идут о самой цифре потепления — возможно, она выше, о причинах потепления — являются ли главной причиной выбросы CO2 или есть и другие. Может ли человечество остановить потепление, сократив выбросы, или даже нулевого уровня недостаточно и необходимы технологии удаления CO2 из атмосферы? (Замечу, что технологий, эффективного удаления огромного количества CO2 из атмосферы у человечества на сегодня — нет). Именно глобальное потепление, вероятно, является одной из основных причин уникальной засухи в Иране, которая продолжается уже пять лет. И это уже не аномалия, а «новая норма». Ледники Ирана, расположенные в высокогорьях Эльбурс и Загрос, быстро сокращаются. Вместо зимнего снега (его тоже выпадает все меньше), который тает медленно и питает реки летом, выпадают сильные ливни. Они образуют паводки, но не впитываются в почву и не пополняют водоносные горизонты — одна из причин: земля окаменела и не пропускает воду, есть и другая причина, о которой я еще скажу. Глобальное потепление нельзя остановить по щелчку пальцев или по команде верховного лидера. Оно будет развиваться. Региональный уровень. На Ближнем Востоке и в Передней Азии идет самая настоящая водная война, и главный игрок в этой войне — Турция. Она создала систему водохранилищ в верховьях трех главных рек Ближнего Востока — Евфрата, Тигра и Аракса, — и теперь контролирует водосброс (GAP — проект Юго-Восточной Анатолии, именно из-за него Тигр и Евфрат теряют до 50–70% стока.) Турция обеспечивает себя водой, и как-то вяло реагирует на возмущение соседей. В результате: в Ираке — водный кризис, в Сирии — тоже. Пересыхание месопотамских болот привело к пыльным бурям в Иране. Плотины в верховьях Аракса влияют на водоснабжение западных провинций Ирана. После прихода к власти в Афганистане Талибан начал строить плотины и ограничивать водосброс в Иран реки Гильменд, ссылаясь на свои нужды. (За первую половину 2025 года Иран получил чуть ли не в 10 раз меньше воды, чем должен получить по договору с Афганистаном). И с Турцией и с Афганистаном в том, что касается воды, отношения у Ирана, мягко говоря, не самые дружеские, и вряд ли они улучшатся. Обе эти страны расположены выше по течению рек, и они диктуют условия. У Ирана очень мало надежд пополнить свои водные запасы за счет соседей. Здесь тоже все предопределено. Продолжение ниже...