ИнфоПовод

🛢После захвата Мадуро в начале января США объявили о восстановлении венесуэльской нефти. Россия действительно потеряет деньги – но не так просто, как пишут многие. За 2010–2020 годы Роснефть инвестировала в венесуэльские проекты от $6 до $14 млрд. Она участвовала в пяти проектах совместно с PDVSA – государственной нефтяной компанией Венесуэлы (её конкурент Сауди-Арамко). В 2018 году добыча по всем проектам составляла 2,7 млн тонн в год – солидная цифра. Но в марте 2020 Роснефть продала все активы государственной компании «Росзарубережнефть», чтобы избежать американских санкций. Формально Роснефти больше нет в Венесуеле, но государство контролирует активы полностью и даже в ноябре 2025 продлило совместные проекты до 2041 года на $616 млн инвестиций. Венесуела была для России не просто источником доходов, а долговой ямой. PDVSA должна была Роснефти $2,3 млрд в начале 2019 года, потом это сократилось до $800 млн – просто потому, что денег в стране не было. Суверенный долг Венесуелы России – $3,15 млрд (платеж в 2027). Итого: от $11 до $17 млрд потенциальных потерь. Но вот нюанс: Венесуела в дефолте с 2017 года, и долги просто так не исчезнут. Эксперты отмечают, что даже при проамериканской администрации есть шансы договориться о реструктуризации. Вопрос не в возврате всех денег, а в том, сколько удастся спасти. Главная угроза для России – не потеря денег, а глобальное предложение нефти. Венесуела обладает крупнейшими запасами в мире (303 млрд баррелей) и потенциалом в 3 млн б/д. Если Трамп восстановит инфраструктуру за $58 млрд, мировой рынок получит миллионы дополнительных баррелей. Brent уже упал на $1,32, до $60 за баррель, отреагировав на одно объявление. Рынок понимает: дешевая венесуельская нефть – это долгосрочная угроза для любого производителя, включая Россию.