ИнфоПовод

Сергей Королёв видит жену сквозь решетку "Будущий генеральный конструктор космических кораблей Сергей Павлович Королёв, в конце февраля 1940 года прибывает в Москву для пересмотра дела: в сентябре 1938-го его приговорили к 10 годам лагерей за принадлежность к троцкистской вредительской организации. Едва выживший на прииске Королёв мог и не добраться до Москвы. На пароход «Индигирка», отправившийся во Владивосток из бухты Нагаево 8 декабря 1939 года, Сергея Павловича не приняли — списки пассажиров уже были сформированы. И это спасло будущего конструктора космических кораблей. Пароход, нагруженный отбывшими срок заключенными и вольнонаемным людом, в ночь с 11 на 12 декабря, попав в жестокий шторм, потерпел крушение у берегов острова Хоккайдо. Отказавшись выполнять приказ капитана, конвоиры оставили люки трюмов с заключенными на замке, и большинство людей погибло от удушья и обморожения. Волны смыли часть пассажиров и с верхней палубы накренившегося на правый борт судна, а также разбили о камни одну из спасательных шлюпок. Часть пассажиров спасли услышавшие сигнал SOS японские суда, но только 16 декабря, разрезав автогеном борт, удалось достать из трюма 28 полуживых людей. В катастрофе погибли 695 человек: 686 пассажиров, четыре члена экипажа, пять конвоиров. Капитана корабля Лапшина по результатам судебного разбирательства приговорили к расстрелу, нескольких членов команды — к длительным срокам заключения. 23 декабря на борту парохода «Феликс Дзержинский» Королёв всё же отплывает во Владивосток, а оттуда добирается до Хабаровска. В ожидании транспортировки в Москву попадает в пересыльную тюрьму. К тому времени он уже совсем доходяга: у него выпали 14 зубов, тело опухло, ноги покрыты незаживающими язвами. Королёв умоляет надзирателей о медицинской помощи. И неожиданно начальник тюрьмы идет ему навстречу — он убежден: направляющийся в Москву зэк не убежит из‑под стражи. Королёва выпускают за ворота, указав дом, в котором живет медик по фамилии Днепровская. Эта женщина помогает заключенному: обрабатывает раны, прописывает лекарства и собирает ему в дорогу несколько мисок со свеклой, морковью и кислой капустой, необходимыми для больных цингой. 28 февраля 1940 года заключенный Королёв поступает в Бутырскую тюрьму. А в первых числах марта ему разрешают свидание с женой. Ксения Максимилиановна Винцентини рассказывала: «В зале ожидания собралось много людей. Через какое-то время нас ввели в помещение, разделенное тремя решетками. За одной, дальней от нас, словно звери в зоопарке, вплотную друг к другу стояли заключенные. На расстоянии 15–20 сантиметров от первой была вторая решетка, потом пространство, по которому ходил часовой, а затем третья решетка, разделявшая часового и нас — родственников, кричащих что было сил. Вид у Серёжи был страшный. Изможденный, обросший щетиной, он плакал навзрыд. Я из последних сил держалась и не проронила ни одной слезы. Чувствовала, что если еще и я расплачусь, будет вообще что-то ужасное. Мы пытались говорить… О чем? О чем можно говорить в такой обстановке? Чем я могла его утешить? <…> Вышла оттуда совершенно убитая. Если бы я не была уже седая, то одного этого посещения хватило бы, чтобы полностью поседеть». 10 июля 1940 года Особое совещание при наркоме внутренних дел подтвердило справедливость выдвинутых ранее обвинений и приговорило Королёва к восьми годам исправительно-трудового лагеря. Срок засчитывался со дня ареста — 28 июня 1938 года. Однако в лагерь Сергей Павлович не попал — его отправили в Особое техническое бюро для использования по специальности". * * *