Осуждение противоправных действий, беспорядков, погромов, правонарушений не является расизмом, если оно направлено на конкретные незаконные действия людей, а не на их этническую, расовую или религиозную принадлежность. Это аксимома. Осуждение насилия, поджогов, мародерства и прочих эсцессов становится расизмом, если вина за возлагается на этническую или расовую группу в целом. И это тоже аксимома. Проблема Франции не в нашествии «варваров», не в мигрантах в целом, а лишь в той части люмпенизированных французов первого и второго поколения, которые жалуясь на системную дискриминацию и социальное неравенство, не хотят и не готовы быть добропорядочными и законопослушными гражданами Франции. Плюс местные потомственные люмпены и иждивенцы государственной социальной системы с глубокими французскими корнями. Смешение этих двуг групп создало адскую смесь. Не понимаю левых политиков, которые оправдывают погромы, а заодно клеймят тех, кто видит в эксцессах не только классовую борьбу, но борьбу культуры и желания её разрушить, столкновение цивилизаций, ксенофобами и расистами. Люди имеют право на мирный протест. Люди имеют право на справедливость. Люди имеют право на равные возможности. Но эти возможности им создает не только государство. Эти возможности они должны создавать себе сами. Старый анекдот «с бородой»: 1917 год, октябрь. В собственном доме на Невском сидит барыня, внучка декабриста. Услышав шум на улице просит своего дворника узнать, что там происходит. - Барыня, революция там! - возвращается дворник. -О, как замечательно! - радуется барыня - мой дед мечтал о революции! А сходите, голубчик, и узнайте чего же хотят революционеры?! - Барыня, они хотят чтобы не было богатых - говорит вернувшись дворник. - Странно - задумчиво произносит барыня - а мой дед хотел чтобы не было бедных! «Грабь награбленное» выглядит плохо и в России, и во Франции. Что же касается арабских или каких-то еще корней части радикалов, то они, во-первых, радикалы, а уже потом всё остальное. И они не полицейские участки громят, а грабят магазины. Главное, что им не жалко сжечь здание 19 века, потому что они не считают себя частью этой культуры. После упомянутой мной в другом посте испанской реконкисты за искоренение «неправильной» культуры в Испании взялась инквизиция. Сейчас культурный погром осуществляют те, кого левые ортодоксы считают не варварами и хулиганами, а «жертвами системы» и революционерами. В отличие от инквизиции им почему-то сочувствуют. А зря!