MY VERSION | МОЯ ВЕРСИЯ

оказались сильнее готовности участников выработать единую позицию. Отсутствие итогового заявления при этом не означает ещё большей международной изоляции нынешних Кабульских властей. Афганские [Талибан] власти продолжают активно взаимодействовать с Россией, Китаем, Ираном и странами Центральной Азии. Но региональные державы по-прежнему расходятся по вопросам безопасности, отношений Кабула и Исламабада и международной легитимации нынешних афганских властей. Поэтому точнее говорить о неполной региональной консолидации, а не об изоляции «Талибана». Почему важна формула Лаврова Особого внимания заслуживает характеристика террористической угрозы, данная Лавровым. Он не упомянул «ИГИЛ-Хорасан» и вообще не использовал слово «Хорасан». Вместо этого министр заявил, что «Исламское государство» имеет отделение, которое «называет это отделение пакистанским». https://mid.ru/ru/foreign_policy/news/2152570/ По сути, в его формулировке выстраивается следующая логика: существует «Исламское государство» → у него есть «пакистанское отделение» → оно совершает нападения в Афганистане и Пакистане → эта угроза является одним из факторов афгано-пакистанского противостояния. Это существенно, поскольку ИГИЛ-Хорасан обычно рассматривается как транснациональная террористическая структура, действующая в афгано-пакистанском регионе и представляющая угрозу обеим странам. Формула «пакистанское отделение» несколько смещает акцент и связывает структуру с конкретным государством. Не менее показательно, что Лавров не упомянул «Тахрик-е Талибан Пакистан» — ТТП, на которой Исламабад традиционно сосредотачивает внимание как на непосредственной угрозе своей безопасности и связывает её деятельность с афганским направлением. Это не обязательно означает, что Москва не считает ТТП серьёзной угрозой. Скорее, речь идёт о различии политических акцентов: Пакистан делает упор на ТТП, тогда как Москва вписывает афгано-пакистанский конфликт в более широкую картину транснационального терроризма. От «пакистанского отделения» к Ираку Особенно важен контекст, в котором прозвучала эта формулировка. Сразу после слов о «пакистанском отделении» Лавров связал происхождение самого «Исламского государства» с «незаконной агрессией Соединённых Штатов против Ирака». Таким образом, нынешняя террористическая угроза в его трактовке оказывается частью более длинной цепочки: внешнее вмешательство → возникновение и распространение террористических структур → новые угрозы в регионе → конфликты между государствами. Это уже не просто объяснение причин разногласий между Кабулом и Исламабадом. Лавров формирует более широкую политическую конструкцию, в которой нынешние проблемы Афганистана рассматриваются как последствия внешнего вмешательства. Региональная повестка Москвы Отсюда следует и главный политический вывод Москвы: после ухода западных сил определяющую роль в решении афганских и региональных проблем должны играть соседние и другие региональные государства. Риторика Лаврова одновременно критикует последствия западной политики и обосновывает более заметную роль России в формировании региональной повестки. Москва предлагает рассматривать безопасность Афганистана не через призму внешнего вмешательства, а прежде всего как региональную проблему, которую должны решать региональные игроки. Таким образом Восьмая встреча Московского формата показала не столько провал российской дипломатии, сколько пределы возможностей самого формата: Москва способна собирать участников за одним столом, но пока не может снять наиболее острые противоречия между Кабулом и Исламабадом. При этом отсутствие общего заявления не свидетельствует об изоляции Кабула. Оно скорее отражает отсутствие единого регионального подхода к нынешним властям Афганистана и вопросам безопасности. Особенно показательна формула Лаврова — «пакистанское отделение» вместо привычного определения «ИГИЛ-Хорасан». Она смещает акцент в трактовке террористической угрозы, связывает её с более широким контекстом внешнего вмешательства и одновременно подводит к ключевому тезису Москвы: афганскую и региональную безопасность должны определя