Вчера в Северной Осетии вспоминали одну из самых черных дат нашей новейшей истории — 34-ю годовщину со дня трагических событий осени 1992 года. Народ молился за упокой душ погибших и вспоминал героев, защитивших свою землю. Особое место в этой памяти всегда занимают добровольцы из Южной Осетии — те самые парни, которые в 1992-м, едва выйдя из горнила собственной войны, прямо с колес вступали в бой в Пригородном районе и поселке Южный. Они с ходу прорывали оборону ингушских бандформирований, деблокировали районы и спасали своих северных братьев, жертвуя собой. Но то, что произошло вчера со стороны официального Цхинвала, не поддается никакому логическому или моральному объяснению. Ни у руководства Южной Осетии, ни у кабинета министров во главе с премьер-министром, ни у аппарата президента не нашлось даже пары дежурных, заученных фраз соболезнования. Власти Южной Осетии решили попросту проигнорировать одну из важнейших и самых болезненных дат в истории единого осетинского народа. Государственные СМИ РЮО поддержали этот заговор молчания — ни одного упоминания, ни одной строчки или сюжета в память о тех событиях и о своих же согражданах-добровольцах. И после этого мы на всех уровнях продолжаем говорить о какой-то интеграции Севера и Юга? О каком «едином Алании» может идти речь, если официальные лица демонстративно игнорируют общую боль и общую кровь своего же народа? Такое малодушное и трусливое поведение во все времена у нас, у осетин, называлось коротким и емким словом — Худинаг. Стыд и позор.