Статья 26 Конституционного закона Республики Южная Осетия «О Правительстве РЮО» предельно ясна: представление предложений по структуре органов исполнительной власти и кандидатурам министров — исключительное право Председателя Правительства. Но последние шаги Президента Марата Камболова говорят об обратном. Назначения руководителей ряда ведомств (включая силоловой блок и МИД) и утверждение структуры прошли без участия и мнения главы кабмина. Получается простая и жесткая конструкция: фамилия будущего премьера — будь то Сослан Маргиев или кто-то другой, вторична. Система выстраивается так, что руководитель правительства рискует остаться «функцией на бумаге». Вопрос теперь даже не в полномочиях Маргиева, а в управляемости. Будут ли министры, назначенные напрямую Президентом, вообще прислушиваться к будущему премьеру? Или исполнительная власть окончательно превращается в ручное управление из одного центра? Время покажет. Но прецедент создан, и границы властных полномочий в республике явно проходят проверку на прочность.