Дом и Я-Риелтор.

К 2030 году каждый третий житель России, по прогнозам, будет мусульманином — к 2050-му уже каждый второй. Цифры не новые: главу Совета муфтиев Равиля Гайнутдина цитировали с этим прогнозом ещё в 2019-м, тогда он говорил о 30% в пределах пятнадцати лет. Тогда это был спор демографов о рождаемости на Северном Кавказе и потоке из Центральной Азии и Азербайджана. Сейчас та же арифметика читается по-другому. 28 августа Лавров в интервью РБК не стал спорить с формулировкой, что союзников у Москвы осталось двое — Иран и КНДР. Реплику «а чем плоха компания?» разослал сам МИД. Через два дня, 30 августа, верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи опубликовал обращение к «Неделе единства» и призвал мусульманские страны, прежде всего Персидского залива и Западной Азии, распознать «настоящего врага» — США и Израиль — и сопротивляться ему. Передавали ТАСС и IRNA. Собеседники, знакомые с аппаратной работой на этом направлении, говорят, что две повестки сводят в одну намеренно: внешнюю линию на исламский мир подкрепляют внутренней демографией. Официально речь о традиционных ценностях и многоконфессиональности, по факту — о том, что Тегеран остаётся единственным партнёром, с которым можно говорить о чём-то, кроме поставок. Судя по всему, дальше это спустится на уровень бюджетов и кадров: где строят мечети, кто получает квоты на трудовых мигрантов, чьи выпускники идут в муфтияты. Для читателя это не абстракция — это состав класса в школе, язык объявлений в подъезде и то, под какие праздники будут перекрывать улицы. Ни один документ по «исламскому направлению» публично не заявлен, ведомственной программы под таким названием нет. Первый визит, который пройдёт не по линии МИД, а по линии духовных управлений, и покажет, кто держит этот файл. ——— Служебный Бриф — то, что обычно остаётся за закрытыми дверями совещаний, подпишись.