(Не)изящный хинтерланд

РАБОТА С ПУСТОТОЙ #ландшафт #плейсмейкинг Пустота в смысле депопуляции, т. е. оставленные людьми пространства, возникшие после отката когда-то весьма разветвленной системы расселения, которые современные экономика с демографией не в состоянии не то, чтобы вернуть к жизни, но даже как-то разумно перепрофилировать — в нынешних условиях ключевая проблема работы с ландшафтом. Стандартная схема этой работы шизофренична — бросить совсем, зачеркнуть-забыть, и не тратить ни копейки, или вложить миллионы денег, фактически создав новое место, (для которого потребуется неподъемная экономика). А на самом деле, вероятно, есть много разных промежуточных вариантов, требующих творческого мышления. На прошлой неделе на «Метрополисах» Артур Ларионов говорил о проекте UralRuin в Камышево: руины не обязательно «восстанавливать», их нынешнее состояние — уже аффорданс, которым можно пользоваться, минимально их обезопасив, подсветив некоторые акценты и соединив с другими посредством маршрута. На этой неделе на дне сельского туризма Оксана Климерова рассказала о «Саде забвения» в Маранке, куда туристов просто водят помолчать среди американских кленов на месте старой усадьбы. И тот и другой пример, разумеется, не решают больших социально-экономических проблем, и не приносят необъятных доходов, но зато создают ценный опыт путешествия, буквально привязывая тебя эмоционально к ландшафту, останавливают во времени и пространстве, создавая чувство сопричастности местам, мимо которых ты бы при других раскладах просто проехал. Этот обнаруженный опытным путем минималистичный метод не стоит вообще ни копейки, но именно ради этого путешествуешь.