Инсайды и инсайты

Китай превратился в одного из главных регуляторов мирового нефтяного рынка, пишет The Economist. И нынешний кризис вокруг Ирана показал это особенно наглядно. После того как Ормузский пролив оказался практически непроходимым и в Персидском заливе застряли около 14 млн баррелей нефти в сутки, Саудовская Аравия и ОАЭ перенаправили по обходным трубопроводам дополнительные 5 млн баррелей в сутки. США и Япония добавили еще около 2 млн баррелей в сутки из стратегических резервов. Но главным фактором, удержавшим Brent от прогнозировавшихся $150 за баррель, The Economist называет Китай. С февраля по июнь Китай сократил импорт сырой нефти вдвое, примерно на 5,5 млн баррелей в сутки. По оценкам экспертов, одно это могло снизить стоимость Brent более чем на $30 за баррель. Масштаб впечатляющий. Для сравнения, во время пандемии мировой спрос на нефть сократился примерно на 9 млн баррелей в сутки. Причем нынешнее сокращение китайского импорта нельзя объяснить обвалом экономики. В отличие от периода пандемии, китайский ВВП продолжает расти. Получается довольно необычная ситуация. Пекин смог резко уменьшить закупки иностранной нефти, не устроив при этом сопоставимого сокращения собственного экономического производства. И здесь проявляется новая реальность нефтяного рынка. Если раньше главным регулятором предложения считались страны ОПЕК и особенно Саудовская Аравия, то теперь огромный китайский рынок способен сопоставимым образом влиять на мировой баланс уже со стороны спроса. Пекин одним решением может убрать с рынка несколько миллионов баррелей ежедневных закупок и тем самым серьезно изменить цену нефти.